Перейти в начало сайта Перейти в начало сайта
Электронная библиотека «Наука и техника»
n-t.ru: Наука и техника
Начало сайта / Cтатьи / Мир, в котором мы живем
Начало сайта / Cтатьи / Мир, в котором мы живем

Научные статьи

Физика звёзд

Физика микромира

Журналы

Природа

Наука и жизнь

Природа и люди

Техника – молодёжи

Нобелевские лауреаты

Премия по физике

Премия по химии

Премия по литературе

Премия по медицине

Премия по экономике

Премия мира

Книги

В поисках «энергетической капсулы»

Грюндеры и грюндерство

Обычное в необычном (Энциклопедия чудес. Книга первая)

Популярная библиотека химических элементов

Луи де Бройль. Революция в физике

Цепная реакция идей

Издания НиТ

Батарейки и аккумуляторы

Охранные системы

Источники энергии

Свет и тепло

Научно-популярные статьи

Наука сегодня

Научные гипотезы

Теория относительности

История науки

Научные развлечения

Техника сегодня

История техники

Измерения в технике

Источники энергии

Наука и религия

Мир, в котором мы живём

Лит. творчество ученых

Человек и общество

Образование

Разное

Мир как большая гонка

Юрий БИГЛОВ

2. Живое, многоклеточное, разумное

Картина «большой гонки» позволяет правдоподобно описать не только кристаллизацию, но и другие, более интересные явления. Сейчас мы мысленно проследим, как путём самоорганизации из «неживых» молекул получается (получился) человек.

Основной процесс – полимеризация, образование больших молекул из ограниченного набора мелких молекул. Здесь всё идёт так же, как и при кристаллизации. Роль кристалла-затравки выполняет молекула-катализатор. Одиночные молекулы исходного вещества разновременно образуют малопрочные короткоживущие соединения с катализатором. Когда на катализаторе набирается достаточно длинная непрерывная цепочка молекул исходного вещества, создаются условия для перераспределения связей, происходит сброс энергии, связь с катализатором ослабляется. После этого события хватает энергии теплового движения молекул для отделения образовавшейся полимерной молекулы от катализатора. Освобождается место для набора новой цепочки молекул исходного вещества на катализаторе. Вещество-катализатор при этом не расходуется, а скорость формирования полимерных молекул оказывается в тысячи раз выше, чем в отсутствие катализатора.

Есть очень наглядная модель этого процесса. Нужно взять несколько продольно намагниченных железных стерженьков и начать прикладывать их один к другому таким образом, чтобы образовалось наиболее прочное соединение. Два стерженька прочно держатся, будучи приложенными один к другому боковыми поверхностями. Добавление третьего стерженька тоже дает прочное соединение. А вот добавление четвертого стерженька приводит к легкому разделению набора на две пары – происходит перераспределение силовых линий магнитного поля.

Очень похожим оказывается основной в существовании жизни на Земле процесс формирования белковой молекулы на молекуле-матрице. Этот процесс миллион-кратно повторяется каждую секунду во всех живых объектах от одноклеточных до людей. Можно представить, что в какой-то период истории Земли условия оказались подходящими для массового формирования макромолекул, содержащих характерные цепочки углеродных атомов. Среди множества таких молекул нашелся вариант, в котором собранная на молекуле-матрице новая молекула оказалась копией молекулы-матрицы. Эта новая молекула, естественно, оказалась пригодной для выполнения в свою очередь роли молекулы-матрицы для набора и временного удержания составных частей следующего поколения молекул. Количество подобных молекул начало быстро расти, удваиваясь на каждом шаге.

Таких способных размножаться молекул оказалось множество разновидностей, отличающихся количеством и расположением ограниченного набора составных частей. Они имели разную сложность, различные пространственные формы.

А условия в конкретном месте на Земле были не постоянными. Суточные изменения, ветры и течения, облачность, изменения рельефа приводили к тому, что условия для процесса размножения то ухудшались, то восстанавливались. Одним из очень существенных факторов было непостоянство концентрации исходных веществ. Понятно, что преимущество получили виды молекул, которые, возникнув в благоприятных условиях, могли, используя свою пространственную форму, замкнуть некоторый запас материалов, имеющихся в избытке, но не используемых немедленно из-за отсутствия других необходимых составных частей или условий. Здесь на новом уровне работает тот же механизм временного удержания составных частей, который мы подробно рассмотрели в процессах кристаллизации и полимеризации. Если процесс идет в пленке жидкости, то выигрыш дает кольцевая форма молекулы, в толще жидкости – оболочечная форма. Теперь можно дождаться появления недостающих составных частей или подходящих условий для успешного формирования своей копии.

Но жизнь на Земле в массе существует из-за того, что оказалось возможным сосуществование молекулы-оболочки с однажды оказавшейся внутри замкнутого объема высокопроизводительной, хотя и не замкнутой молекулой-матрицей. Эта внутренняя молекула формировала фрагменты оболочки, а оболочка имела способность физически фильтровать частицы внешней среды, обогащая содержимое клетки материалами для работы внутренней молекулы. Так обеспечивалась независимость процесса формирования новых молекул на внутренней молекуле-матрице от того порядка, в котором на жизненном пути клетки ей встречались необходимые вещества.

По мере формирования внутри клетки все новых копий молекул размеры клетки увеличиваются, и ее прочность понижается. При достижении некоторого размера клетка разрушается. Но в большинстве случаев это разрушение создает условия для немедленного формирования двух клеток меньшего размера из только что освободившегося материала. Разрушение превращается в размножение делением.

Так выглядит и так работает живая клетка от простейших водорослей до человека. На микроуровне все живые объекты Земли удивительно похожи. У исследователей создаётся впечатление, что на самом деле живут именно клетки или даже – только ядерные части клеток – рибосомы. Они выглядят под микроскопом одинаково, независимо от происхождения – и рибосомы растений, и рибосомы высших млекопитающих. А все разнообразие внешних форм жизни – лишь внешнее обеспечение стабильных условий для жизни почти одинаковых клеток.

Клетки организма живут относительно не долго, делятся и умирают, а человек – «хозяин» гнет спину и натирает мозоли на разных местах, доставляя клеткам питание, укрывая их от холода и жары... Можно продолжать это описание нашей жизни.

Врач – посредник, переводчик, толмач. Он объясняет пациенту, что «хотят» клетки его тела. Самостоятельно пациент часто не может разобраться в клеточной «многоголосице». В обычной обстановке проблем нет. Не хватает воды – попьем, не хватает кислорода – откроем форточку. В ненормальных ситуациях (патологиях) нужен специалист, чтобы сообщить мозгу пациента ту информацию, которую не удается получить по внутренней связи организма. И эта информация используется мозгом для оптимизации поведения: быстренько в аптеку за лекарством, и – пить регулярно и в точной дозировке.

Можно ли считать закономерным этапом истории Земли возникновение и массовое распространение жизни на ней? Да, потому что массовый эксперимент по формированию всевозможных органических молекул из более простых исходных веществ на Земле был «запущен» на некотором отрезке ее истории естественным изменением физических условий. И – нет, потому что слишком уж требовательным к наличию исходных материалов и физическим условиям среды (или их чередованию) оказался этот процесс.

Существенно, что для описания процесса формирования «живого» из «неживого» нам не понадобилось ни представления об активной роли цели развития в процессе развития, то есть телеологии, ни представления о различии качества атомов в «живом» и в «неживом» веществе, то есть «жизненной силы», ни других то и дело всплывающих на свет в обновленной упаковке «аксиом биологии». Физические процессы в живом веществе идут так же, как и в неживом. Любой живой объект лишь потому может возникнуть и существовать, что оказывается такой же ловушкой для своих частей, как и кристалл или любой другой предмет. При возникновении каждой живой клетки происходит такой же сброс энергии, а ее разрушение происходит при получении порции энергии извне, или при таком изменении внешних условий, что уменьшается глубина ловушки для составляющих клетку молекул, или при изменении самих составляющих клетку молекул, в результате которого оболочка клетки не может правильно пропускать или не пропускать молекулы.

При естественном дефиците ресурсов лишь тот вид клеток мог наработать достаточное количество вещества, организованного по своему образу и подобию, который лучше конкурентов удерживал уже созданное. Тут – та же картина, что и в конкуренции кристаллов в растворе. В конце концов, вещество упорядочивается по самому прочному типу кристаллической решетки, а живое вещество – в форме наиболее устойчивых клеток. В то же время, способность к самовоспроизведению является как бы дополнительным свойством для некоторых сложных, способных просуществовать достаточно долго молекул. Безосновательно искать полезность в каждом атоме живой клетки (в каждом перышке красивой птицы, в числе пальцев на руке). Нужно не столько выяснять, почему лучше выживают организмы, обладающие определённым признаком, сколько разбираться, почему хуже выживают те, у кого данного признака нет.

Если все обстоит именно так, то почему до сих пор не удалось проследить возникновение живого организма из неживого вещества в эксперименте? Ответ может быть один: дело в масштабах эксперимента как размерных, так и временных. Не найдена возможность ускорить и сократить по объему материала великий естественный «эксперимент» природы. Сокращение объема от имеющегося в реальности объема верхнего слоя Земли или значительной его части требует пропорционального увеличения продолжительности эксперимента. При этом большую часть времени займет поиск первой успешной серии самовоспроизведений молекулы. Все остальное многообразие жизни возникнет в результате естественного отбора практически мгновенно – за какой-нибудь десяток миллионов лет.

Как бы то ни было, а в имеющихся на Земле условиях живого вещества неизмеримо меньше, чем неживого. Жизнь – это крохотная верхушка огромного пологого конуса вещества, организованного в различной сложности неживые системы. Точно так же высшие формы жизни представляют (по массе вещества, организованного в высшие формы живого) ничтожную часть от всего живого вещества.

Сейчас нет окончательного ответа на весьма важный вопрос: возможно ли сейчас на Земле возникновение живых организмов непосредственно из неживого вещества, минуя обычный процесс воспроизведения? Можно предположить, что в современных условиях (и за все время существования на Земле подобных условий) все возможные варианты построения жизнеспособных организмов с уровнем от одноклеточных до высших уже испытаны. Возникновение новой, не родственной ветви жизни невозможно без радикального изменения внешних условий, что изменит энергетические условия различных вариантов построения – окажется достаточной устойчивость нового варианта. При этом новые условия должны сохраняться достаточно долго и на достаточно большом пространстве.

Вирусы, находящиеся прямо на границе живого, проникающие в чужую клетку и использующие ее вещество и защиту, являются зоной непрерывного естественного эксперимента. Их структура относительно проста, а энергетические ограничения относительно мягкие. Новые вирусы, не родственные существующим вариантам, наверное, появляются и сейчас.

Живая клетка одна или вместе с соседками перерабатывала все подходящее и доступное вещество, организуя его по своему образу и подобию. Каждое мгновение возникало много новых копий существующих клеток, но в то же время множество клеток разрушались, попадая в неблагоприятные внешние условия или не сумев справиться с накопившимися внутри продуктами химических реакций (ведь наряду с «полезными» молекулами нарабатывалось и вещество, не участвующее в строительстве клетки).

Большая часть разновидностей этих одноклеточных организмов перемещалась вместе с жидкой средой по воле течений. Оболочка клетки – это молекула, а отдельные атомы в любой молекуле пространственно отстоят один от другого на расстояния, намного большие, чем диаметр атома. Кроме того, атомы не выстроены в линию, а образуют замысловатую пространственную конструкцию. Они совершают тепловые колебания, группы атомов колеблются под ударами молекул жидкости и вследствие механической отдачи при разрыве непрочных связей с другими атомами. Это не мешает оболочке регулировать прохождение других молекул, так как те, в свою очередь, тоже представляют собой очень рыхлую структуру. Из множества вариантов нашлось небольшое количество, имеющих в сложной молекулярной структуре оболочки участки в форме жгутиков и ресничек, колебания которых приводят к перемещению клетки относительно жидкой среды. Другой механизм перемещения – колебательное сжатие-растяжение молекул при изменении химического состава среды. Такое сжатие-растяжение молекул приводит к периодической деформации клетки. В мышцах животных поступление молекулы вещества-энергоносителя в клетку приводит к удлинению клетки. Молекула вещества-энергоносителя при этом разрушается, и клетка опять укорачивается.

Клетки течением жидкости, собственным движением или в результате размножения в благоприятных условиях сбивались в плотные массы. Такая масса оказывалась короткоживущей. Слишком отличались условия внутри и снаружи этого комка. Существование многоклеточных организмов можно объяснить тем, что некоторые плотные скопления родственных клеток выживали, так как эти клетки смогли жить и снаружи, и внутри скопления. При этом различным условиям соответствовала работа разных частей одного вида молекулы-матрицы в каждой клетке. Внутренние клетки перерабатывали вещества, не использованные и пропущенные внешними клетками, или внутренние клетки использовали продукты распада внешних клеток, или ими использовались продукты реакций, идущих во внешних клетках, выделяющиеся в межклеточную жидкую среду. А наружные клетки на новом уровне исполняли ту же роль, что и оболочка одноклеточного организма – избирательно пропускали молекулы из внешней среды и в некоторых вариантах за счет своего колебательного движения перемещали все сообщество клеток. Если такому сообществу родственных (с одинаковыми внутренними молекулами-матрицами) клеток удавалось просуществовать достаточно долго, то размеры сообщества из-за размножения клеток достигали предела устойчивости, сообщество разрывалось на части. Резко менялись условия существования для клеток, попавших в наружный слой. В них начинали активнее работать те части молекул-матриц, что и во внешних клетках родительского сообщества. Структура восстанавливалась. Новое поколение сохраняло жизнеспособность.

Иногда отделившиеся от родительского сообщества по различным причинам клетки успевали размножиться и составить новое поколение родственных сообществ-организмов. Но механизм размножения делением был в большинстве случаев более эффективным, то есть приводил к наработке большего количества живого вещества, организованного по образу и подобию родителя.

К такой форме существования оказались способными относительно немногие разновидности клеток – несколько миллионов видов. Для сотен миллионов видов плотное скопление оказывается гибельным, но это не мешает им жить в других условиях.

Многоклеточные организмы имеют очень различающуюся от вида к виду сложность по количеству клеток в зрелом организме, по количеству специализаций клеток, по пространственной структуре. Количество клеток каждого из этих видов на Земле во много раз меньше, чем, в среднем, любого одноклеточного вида. Для продолжения существования вида многоклеточных организмов требуется наличие вполне определенного сложного комплекса условий – своя ниша. Эта ниша должна быть согласована с особенностями вида организмов. Набор таких особенностей велик, но ограничен. Они встречаются у разных видов в разных сочетаниях. Это объясняется единством химической основы жизни. Все разнообразие – вариации на одну тему, тему длинной молекулы со специфическими связями углеродных атомов, способной при определенных условиях собрать на себе и после полной сборки отпустить свою копию.

Одной из очень распространенных особенностей является наличие внутренней полости со специфическим жидким наполнением, в которую может быть пропущен достаточно крупный кусок живого вещества или продуктов его разрушения. Это похоже на проникновение отдельных молекул сквозь оболочку живой клетки, но здесь захватывается целый кусок, сотни тысяч молекул, близких по составу к веществу многоклеточного организма. Внутренние клетки получают возможность более или менее равномерно перерабатывать захваченный корм, не теряя время между охотничьими удачами. К тому же сборка из крупных блоков идет намного быстрее, чем из отдельных молекул.

Другая очень частая особенность – способность вместо простого деления после достижения достаточно большого размера регулярно формировать внутри себя и выделять во внешнюю среду довольно сложные многоклеточные «заготовки» для свободного развития своей копии. Такой механизм размножения позволяет существовать тем многоклеточным организмам, которые в современных условиях оказываются нежизнеспособными, если не сформирован минимальный набор внутренних структур. Такие не могут примитивно делиться.

Массовым явлением оказалось существование вида в форме двух полов. Лишь одна из половых форм способна растить и выделять живые «заготовки» для новых копий, но участие в этом акте другой половой формы необходимо. Именно эта особенность привела к существованию более или менее стабильных, устойчивых от поколения к поколению внешних форм на фоне потока уродцев. Процесс воспроизводства молекул не слишком надежен – в структуру новых молекул то и дело попадают нехарактерные атомы (часто это атомы металлов) или некстати пришедшаяся энергетическая подпитка (радиация) приводит к формированию нехарактерных связей атомов в новой молекуле. Изредка новая структура не приводит к гибели клетки и даже может воспроизводиться в ее потомках. Клетка живет, но отличия в молекулярной структуре изменяют ее поведение в клеточном сообществе. Внешние воздействия обычно охватывают одновременно множество клеток и вызывают однотипные отклонения у многих. Внешний облик любого животного резко изменяется даже при очень небольшом изменении структуры молекулы-матрицы, ведь все подобные молекулы, находящиеся в каждой клетке организма, получены копированием одного прототипа. Жизнеспособность конкретного экземпляра может не нарушиться. При однополом размножении равноправно сосуществовали бы множество внешних форм, но наличие двух полов налагает жесткие условия совместимости на участников размножения. В результате существуют конкретные виды организмов. Доля уродцев сохраняется на низком уровне. Разнообразие возникает «само по себе», а вот единообразие требует конкретного объяснения. Наличие полов объясняет единообразие организмов одного биологического вида.

Наконец, у множества видов организмов существует той или иной степени сложности нервная система. Мы можем наблюдать диапазон нервных систем от простого скопления клеток пониженной устойчивости до мозга приматов. Можно понять, каким образом наличие нервной системы способствует живучести организма. Даже у простейших организмов не все клетки обладают равной устойчивостью к внешним воздействиям. При плавном нарастании уровня вредного внешнего воздействия происходит опережающее разрушение менее прочных клеток с выделением их содержимого в межклеточную среду. Уцелевшие клетки «впитывают» изменение состава межклеточной жидкости. Меняются состав и количества нарабатываемых клетками веществ, меняется форма клеток. У некоторых видов такие изменения уцелевших клеток способствуют выживанию организмов. Собственно, изменение внешних условий воздействует на уцелевшие клетки и напрямую, но эти воздействия слишком разнообразны. А вот разрушение чувствительных клеток – это единая реакция на множество разных воздействий. И если полезной реакцией является, например, отползание от опасности, то эта однообразная реакция будет обеспечена одной и той же «химией», ведь разрушаются одни и те же клетки.

Разрушение чувствительных клеток – это крайний случай. Чувствительные клетки могут и не разрушаться, а оставаться живыми, выделяя специфические вещества в ответ на вредные воздействия. Важна способность остальных клеток полезным для всего организма образом реагировать на химический сигнал чувствительных клеток. Вариантов полезных реакций существенно меньше, чем видов внешних воздействий. Чувствительные клетки могут быть специализированными по отношению к внешним воздействиям, но выделяемые ими вещества, которыми они воздействуют на остальные клетки организма, специализированы по отношению к полезной реакции организма. Обнаружив некоторые (разные) воздействия, нужно замереть, а, обнаружив другие (разные) воздействия, нужно бежать.

В крупном организме реализация полезного эффекта чувствительных клеток оказывается возможной только при наличии клеток-посредников. Эти клетки-посредники похожи на чувствительные клетки, непосредственно воспринимающие внешние воздействия, и реагируют на их выделения. Цепочка клеток-посредников доставляет сигнал, стимулирующий полезную реакцию организма, к внутренним клеткам. Положение начал и концов таких цепочек определяет логическую обработку сигналов – несколько разных групп чувствительных клеток связываются с одной группой действующих клеток.

Получившаяся структура хорошо согласуется с вероятностным характером внешних событий – полезная реакция возникает и при отсутствии некоторой части внешних воздействий из полной их совокупности, соответствующей данной реакции.

Еще одна важная особенность такой структуры – способность на некоторое время сохранять память о случившемся воздействии. Эта способность дает возможность строить реакцию не только по сочетанию одновременно появляющихся внешних воздействий, но и по характерным последовательностям воздействий. Не обязательно сразу увидеть всего волка, чтобы рвануться от него. Достаточно увидеть только глаза и хвост или только уши и спину. Да и эти детали могут появиться не одновременно – сначала хвост, а через некоторое время глаза. Все равно нужно убегать.

Вероятностный подход к обнаружению характерных последовательностей событий равнозначен прогнозированию событий. Сначала раздался шорох. Потом сверкнули глаза. Ситуация распознается как нападение волка, не дожидаясь появления остальных признаков. Какая-то часть этих признаков появится позже, но способность к опережающей реакции повышает среднее время жизни организма. Правда, тут важна мера предусмотрительности, ведь каждый рывок требует затраты ресурсов. Поэтому постоянно идет тонкая настройка. Слишком осторожный олень мало ест, а слишком беспечный попадает в зубы волку. Дольше живут (в среднем) те особи, которые правильно предвидят ближайшее будущее.

Тонкой настройке помогает механизм внутреннего управления проводимостью одних цепочек клеток-посредников со стороны других цепочек. Это – основа обучения. Текущее состояние всей совокупности клеток может рассматриваться, как отображение внешнего мира, его модель. Правильность этой модели – залог выживания организма.

Существование организмов следующего уровня сложности оказалось возможным лишь при наличии специализированного скопления клеток-посредников – мозга. В мозгу сосредоточена основная часть внутренней структуры, отображающей мир. Плотное сосредоточение специализированных проводящих клеток уменьшает длину проводящих цепочек, что ускоряет обработку сигналов. Такой же эффект дает приближение мозга к основным скоплениям чувствительных клеток – глазам, ушам, рту.

Для нас важно отметить те критерии, по которым возможные (и возникающие) варианты построения организмов делятся на живущие и не живущие. Эти критерии уже знакомы нам. Организм должен быть достаточно глубокой ловушкой для своих составных частей. Глубина ловушки измеряется уровнем энергии, которую нужно затратить для разрушения организма. Образно говоря, заяц живет потому, что лисе слишком дорого (энергетически) обходится погоня за здоровым зайцем. Во-вторых, должен быть доступным материал для заполнения этой ловушки. Заяц живет потому, что ест горькую осиновую кору. И в удачную форму организовывается все доступное и подходящее вещество.

Мозг можно считать приспособительным органом для предельного увеличения массы вещества, организованного в форму своего биологического вида. Свою функцию мозг выполняет, доставляя возбуждающие воздействия к группам клеток, реализующих полезное поведение организма. Спусковым механизмом для выдачи возбуждающего воздействия является характерное состояние группы клеток мозга. В соответствующее состояние эти клетки приходят в результате получения по проводящим цепочкам клеток сигналов от чувствительных клеток. Чувствительные клетки воспринимают события внешнего мира.

Мозг использует вероятностный прогноз ситуации на основе некоторой модели действительности, имеющейся в структурах мозга – информационной модели.

Контур управления замыкается естественным отбором. Существует лишь тот биологический вид, в котором организмы устроены так, что мозг или отсутствует, или у каждого организма (или достаточного большинства) правильно управляет его поведением. А правильное поведение – стремление максимизировать общую массу всех организмов данного вида, как можно больше вещества организовать по своему образу и подобию. Для этого нужно как можно дольше спасаться от врагов и как можно больше пищи переработать. Другое поведение организма, другой мозг организма приводят при ограниченной ёмкости экологической ниши к проигрышу «правильным» организмам. Через некоторое время всё доступное вещество ниши окажется организованным по образу и подобию «правильных» организмов.

Итак, эффективно работающий мозг является необходимым для существования многих видов организмов. Поражает сложность и осмысленность поведения животных, но приятно удивляет и легкость, с которой человек устраивает для них ловушки. Внутреннее устройство человека очень похоже на строение других высших млекопитающих. И мозг человека похож на мозг шимпанзе. И биологи на основе сравнения характерных молекул клеток организмов человека и шимпанзе утверждают, что мы очень близки некоторому общему предку. И все же человек разительно отличается от всех современных животных. Чем?

Экспериментальные задания «на сообразительность», которые удается выполнить животным, человек, обычно, выполняет не лучше. Часто разум мешает безошибочно действовать в простых ситуациях. Но не выживает без помощи человек с неполноценным мозгом, для него нет экологической ниши на Земле. Существование человека возможно постольку, поскольку он умеет решать сложные задачи, недоступные ни одному другому виду организмов. Сложные задачи человек решает, используя сложную модель мира, содержащуюся в структуре его мозга. И эта модель мира отличается от той, которая имеется у других животных, одним качеством – комплексностью. В человеческой модели мира соединились в единую систему те разрозненные цепочки причин и следствий, которые есть и в мозгу животного. Это соединение позволяет человеку прогнозировать отдаленные (не по времени, а по количеству промежуточных процессов) последствия событий. Именно способность к такому прогнозированию отличает разумного человека от всего животного мира. Новое качество достигнуто увеличением количества характерных клеток мозга, таких же, как и у шимпанзе, при сохранении общего устройства мозга. Большее количество клеток мозга позволяет учитывать при выборе реакции большее количество исходных фактов и большее количество промежуточных (предполагаемых) результатов.

Человек вынужден непрерывно находить «правильные» реакции на все новые предлагаемые жизнью обстоятельства. Новые, но многократно повторяющиеся. Удачи и неудачи являлись частью процесса естественного отбора. Поток решений складывается в отображение мира в сознании человека. Принципиальная возможность правильного отображения базируется на физическом единстве мозга и остального мира. Правильное прогнозирование поведения других животных и других людей обеспечивается опытом мозга в управлении собственным организмом.

Но человек – это не шимпанзе с уродливо большой головой, это другой вид организмов. Нашлась такая молекула-матрица, что получившееся в результате ее самовоспроизведения сообщество клеток упорядочилось в организм, в котором относительно много характерных клеток мозга, и их скопление оказалось способным обеспечить целесообразное внешнее поведение, используя прогнозирование на основе комплексной модели мира, представленной клеточной структурой мозга.

Что это за «целесообразность»? Какова цель?

Учитывая близость строения, единство процессов в организмах, совпадение условий выживания, на основании всего доступного исторического опыта и известных мне жизненных историй людей утверждаю, что цель человека, преследуемая им сознательно и (в значительной степени) неосознанно, унаследована от животных. Цель животного – максимизация общей массы организмов своего вида. Развитая способность к прогнозированию привела к усложнению цели: цель человека – увеличение количества людей при одновременном увеличении их защищенности от гибельных внешних воздействий. Максимизируется, в первом приближении, произведение количества людей на значение уровня интенсивности еще преодолеваемого вредного внешнего воздействия (а если воздействие будет более интенсивным, то человечество понесет невосполнимые потери). Эту величину можно назвать потенциалом человечества. Так вот, цель человеческого мозга, цель разумного поведения – максимизация потенциала человечества.

Представляется, что врожденная составляющая системы частных оценок, которая, собственно, и задает в качестве целевой функции оптимизирующей деятельности мозга человека максимизацию потенциала человечества (а в животном первоисточнике – максимизацию массы биологического вида), нуждается в конкретном определении той общности людей, которая для конкретного человека в конкретных обстоятельствах замещает абстрактное «человечество». Семья, род, племя, деревня, банда, страна, религиозная конфессия. Человек нуждается в осознании своей принадлежности к «человечеству», хотя бы в форме шайки разбойников. А лучше – в форме процветающей страны. Иначе затрудняется оптимизация поведения, трудно выбирать следующий шаг. Особенность такой изначальной потребности – мало ценятся запасы (ведь их не было у животных), а высоко ценится динамизм, сплоченность, территория. Очень мало людей, для которых своё «человечество» – это всё человечество. И всегда в проигрыше оказываются те, чьё «человечество» шире. Любой патриот (семьи, деревни, страны, веры) считает этих космополитов предателями. И – поделом, не забегай в будущее. Выбор «своей» общности людей происходит в раннем детстве и носит характер импритинга (запечатлевания), как раз и навсегда отпечатывается в качестве мамы-утки любой движущийся предмет, увиденный утятами при появлении на свет.

Другой цели кроме максимизации потенциала человечества неоткуда было взяться. Всё человеческое в человеке можно объяснить, исходя из этой цели.

Полезное ли приобретение – человеческий мозг, не тупиковая ли ветвь обезьяньей эволюции – человек разумный? Экзамены следуют один за другим. А окончательную оценку ставить будет некому.

 

3. Человеческое в человеке

Оглавление

 

Дата публикации:

9 апреля 2001 года

Электронная версия:

© НиТ. Cтатьи, 1997