Перейти в начало сайта Перейти в начало сайта
Электронная библиотека «Наука и техника»
n-t.ru: Наука и техника
Начало сайта / Cтатьи / Человек и общество
Начало сайта / Cтатьи / Человек и общество

Научные статьи

Физика звёзд

Физика микромира

Журналы

Природа

Наука и жизнь

Природа и люди

Техника – молодёжи

Нобелевские лауреаты

Премия по физике

Премия по химии

Премия по литературе

Премия по медицине

Премия по экономике

Премия мира

Книги

Безумные идеи

Время, хранимое как драгоценность

Генри Форд. Моя жизнь, мои достижения

Превращение элементов

Смотри в корень!

Яды – вчера и сегодня

Издания НиТ

Батарейки и аккумуляторы

Охранные системы

Источники энергии

Свет и тепло

Научно-популярные статьи

Наука сегодня

Научные гипотезы

Теория относительности

История науки

Научные развлечения

Техника сегодня

История техники

Измерения в технике

Источники энергии

Наука и религия

Мир, в котором мы живём

Лит. творчество ученых

Человек и общество

Образование

Разное

Об интеллигенции в целом, о российской интеллигенции в частности

Виктор КИРСАНОВ

Несмотря на обилие сказанного об интеллигенции, в обществе до сих пор нет единого взгляда на ее природу. Одни считают, что интеллигенция это люди имеющие «корочку» о высшем образовании, другие считают, что интеллигенция это высокообразованные люди, третьи считают, что интеллигенция это специалисты обладающие нравственными качествами, сообразующие свои действия и поступки с моральными нормами. Для одних Николай II и Столыпин (прозванные в народе кровавым и вешателем соответственно) и им подобные являются интеллигенцией, а для других – нет; для одних Чехов и Толстой являются интеллигенцией, а для других – нет.

К числу тех, кто считает, что интеллигенция это специалисты обладающие нравственными качествами, сообразующие свои действия и поступки с моральными нормами относится А.С. Панарин. «Добавьте к качествам специалиста особую нравственную впечатлительность, ранимость, отзывчивость на общие социальные проблемы – и вы получите интеллигента в русском значении этого понятия» – утверждает Панарин в своей книге «Российская интеллигенция в мировых войнах и революциях ХХ века» выпущенной в свет в 1998 г. издательством «Эдиториал УРСС». Следующее утверждение Панарина: «Интеллигенция в России появилась со времен реформ Петра I» – на которое так же хочу обратить внимание читателя, содержится на 127 стр. указанной книги.

Итак, согласно Панарину, интеллигенция в русском значении этого понятия это специалисты обладающие нравственными качествами, сообразующие свои действия и поступки с моральными нормами, и появилась она в России со времен реформ Петра I. Стало быть до времен реформ Петра I у нас, у российского народа не было специалистов обладающих особой нравственной впечатлительностью, ранимостью, отзывчивостью на общие социальные проблемы, т.е. не было интеллигенции в русском значении этого понятия. При таком подходе к делу не удивлюсь, если в очередной книге Панарина обнаружится, что российский народ появился в России со времен реформ Петра I.

Лично я не согласен ни с одним из двух выше приведенных утверждений Панарина. Начну с того, что истоки интеллигенции любого народа коренятся в истоках данного народа. Народа без интеллигенции не существует. Применительно к интеллигенции в русском значении этого понятия это означает, что интеллигенция в России появилась с появлением на исторической арене русского народа. Даже не углубляясь в многотысячелетнюю историю русского народа, а обратившись лишь ко времени крещения Руси (989 г.) без труда найдем, что интеллигенция в России появилась задолго до реформ Петра I.

Какова природа интеллигенции, в чем ее сущность? Для получения правильного ответа в качестве критерия принадлежности того или иного человека к интеллигенции необходимо рассмотреть различие не в его роде занятий, образовании, нравственности, а различие его места в существующем укладе общественного хозяйства, т.е. его отношение к общественному производству средств к жизни. Тут-то и обнаруживается (исходя из понимания интеллигенции как совокупности людей занятых максимально умственным – минимально физическим трудом), что представители интеллигенции имеют косвенное отношение к общественному производству средств к жизни. Дальнейшие рассуждения в этом направление приводят к тому, что помимо интеллигенции косвенное отношение к общественному производству средств к жизни имеют также представители эксплуататорских классов. Учитывая, что эксплуататорский класс преимущественно, если не сказать целиком, формируется из среды интеллигенции, можно и должно сделать вывод о интеллигенции как носителе эксплуататорского класса. В итоге общество делится на два класса: класс косвенно занятый в общественном производстве средств к жизни и класс непосредственно занятый в общественном производстве средств к жизни.

Потому интеллигенция и не поддержала социалистические (коммунистические) преобразования в России в октябре 1917 года, более того, всячески противодействовала им, что они, указанные преобразования, не отвечали ее интересам и потребностям. В то время, как простой российский народ влачил жалкое существование российская интеллигенция изо дня в день ковала кадры российских эксплуататоров, стояла на страже их интересов и потребностей как своих собственных, поскольку они (интересы и потребности эксплуататоров) совпадали с ее интересами и потребностями. Иначе и быть не могло, ибо эксплуататоры – есть, своего рода, передовой отряд интеллигенции.

О каком наличии у русской интеллигенции особой нравственной впечатлительности, ранимости, отзывчивости на общие социальные проблемы говорит Панарин? Разве установление в обществе равенства и справедливости, ликвидация эксплуатации человека человеком не относится к социальным проблемам? Если относится, то где была и есть русская интеллигенция, о которой говорит Панарин, коли эти социальные проблемы не решены до сих пор? Когда российские рабочие и крестьяне в октябре 1917 года принялись изгонять из страны эксплуататоров, российская интеллигенция выступала на стороне последних. Даже после взятия власти пролетариатом в свои руки интеллигенция активно препятствовала делу строительства социализма (коммунизма) в России.

Следует особо отметить тот исторический факт, что там и тогда, где и когда в результате смены общественно-экономической формации власть в обществе переходила от одного эксплуататорского класса к другому интеллигенция активно поддерживала данное преобразование. В противном случае, т.е. там и тогда, где и когда в результате смены общественно-экономической формации власть в обществе переходила от эксплуататорского класса к эксплуатируемому классу интеллигенция активно сопротивлялась данному преобразованию. За примерами далеко ходить не надо. Для тех, кому деятельность интеллигенции в период строительства социализма (коммунизма) в России не приемлема в качестве доказательства интеллигенции как основы формирования и развития эксплуататоров, можно указать на деятельность интеллигенции в период царской России, скажем при подавлении крестьянских восстаний, вспыхнувших под руководством Емельяна Пугачева и Степана Разина, или при расстреле рабочего шествия мирно двигавшегося к Зимнему дворцу 9 января 1905 года. В последнем случае рабочие шли к царю неся хоругви, иконы, кресты и большой белый флаг, на котором было написано: «Солдаты не стреляйте в народ», обнажив головы, с пением церковных песен для подачи петиции царю с просьбой о улучшении их правового и экономического положения. В ответ на это они были расстреляны из винтовок и пулеметов и изрублены саблями по приказу царя и его окружения... Тогда было убито свыше тысячи и ранено более двух тысяч ни в чем не повинных рабочих.

История свидетельствует, что никакая «особая нравственная впечатлительность, ранимость, отзывчивость на общие социальные проблемы» зачастую нигде и никогда не мешала интеллигенции закрывать глаза на кричащую несправедливость и неравноправие в правовом и экономическом отношении имеющиеся между ней с одной стороны, и трудовым народом, т.е. людьми занятыми минимально умственным – максимально физическим трудом с другой стороны. Указанные Панариным качества интеллигенции зачастую нигде и никогда не мешали ей сытно есть и мягко спать за счет трудового народа. Конечно, исключения были, но речь не об этом, поскольку жизнедеятельность интеллигенции основывается не на исключениях, а на закономерностях, в числе которых минимальное участие в общественном производстве средств к жизни и максимальное участие в потреблении общественных материальных благ стоит на первом месте.

 

Об авторе:

Виктор Кирсанов
общественная организация «Новейшая политология»
e-mail: kirsanov-vn@narod.ru

Дата публикации:

14 февраля 2002 года

Электронная версия:

© НиТ. Cтатьи, 1997