Перейти в начало сайта Перейти в начало сайта
Электронная библиотека «Наука и техника»
n-t.ru: Наука и техника
Начало сайта / Раритетные издания / Кризис глобальной экономики
Начало сайта / Раритетные издания / Кризис глобальной экономики

Научные статьи

Физика звёзд

Физика микромира

Журналы

Природа

Наука и жизнь

Природа и люди

Техника – молодёжи

Нобелевские лауреаты

Премия по физике

Премия по химии

Премия по литературе

Премия по медицине

Премия по экономике

Премия мира

Книги

В поисках «энергетической капсулы»

Загадки простой воды

Магнит за три тысячелетия

Плеяда великих медиков

Среди запахов и звуков

Ученые – популяризаторы науки

Издания НиТ

Батарейки и аккумуляторы

Охранные системы

Источники энергии

Свет и тепло

Научно-популярные статьи

Наука сегодня

Научные гипотезы

Теория относительности

История науки

Научные развлечения

Техника сегодня

История техники

Измерения в технике

Источники энергии

Наука и религия

Мир, в котором мы живём

Лит. творчество ученых

Человек и общество

Образование

Разное

Кризис глобальной экономики

Василий Колташов

Часть 2. На пульсе кризиса

Содержание

Нанотехнологии не вытащат экономику | Удвоение безработицы | Эпоха без глянца началась | Неожиданная нефть | На книжном рынке грядут перемены

Год грядущий

2009 год обещал стать крайне тяжелым для государственных финансов России. Правительство не желало этого признавать. Валютные резервы страны, могли оказаться израсходованными, а кризис остаться не побежденным. Справится с ним, просто накачивая деньгами теряющий доходы бизнес, являлось абсурдом. Бюджет государства впервые за последние годы мог сделаться дефицитным.

В 2009 году цены на нефть рисковали опуститься ниже 40 $ за баррель. Снижение стоимости углеводородов не могло остановить сокращения их потребления, спекулятивный рост цен на сырье осложнял положение промышленности. Воздействие кризиса на экономику России обещало существенно возрасти с приходом нового года. Ситуация на внутреннем рынке не могла не ухудшиться. Кризис должен был поразить все сектора национального хозяйства. Даже открытие финансовой стабилизации и возобновление спекулятивного роста цен на углеводороды не улучшили кардинально ситуацию в российской экономике. Положение сырьевых экспортеров стабилизировалось, но промышленное производство продолжило сокращаться, а государственный бюджет оказался к осени 2009 года с дефицитом порядка 10% российского ВВП.

Золотовалютные резервы России сократились в ходе сентября-октября 2008 года почти на 50 млрд $. Валютные накопления правительства также обесценивались вследствие падения покупательной способности доллара и евро. Одновременно теряли стоимость ценные бумаги, в которые тайком была инвестирована значительная часть государственных денежных запасов. В конце октября золотовалютные резервы России находились в районе 515 млрд $. С 8 августа, когда их размер достиг максимума в 597,5 млрд $, государственные запасы валют и ценных металлов потеряли более 82 млрд $. К середине 2009 года им предстояло уменьшиться примерно до 400 млрд $.

Склады многих промышленных предприятий в России к концу 2008 года оказались заполнены нереализованной продукцией. В индустрии сокращались объемы производства. Фактически экономика России перешла от хозяйственного роста к спаду. Продолжала снижаться скорость обращения капиталов: деньги возвращались медленно и с неохотой. Спрос на кредит рос, а прибыль либо уменьшалась, либо становилась отрицательной. Кризис еще только начал сказываться на отечественном хозяйстве. Рассчитывать на спонтанные перемены к лучшему было неверно.

Еще до окончания 2008 года можно было ожидать роста государственных расходов, при сокращении поступлений в бюджет от сырьевого экспорта. В период высоких цен на нефть государственный бюджет на 2/3 формировался доходами от ее продажи. В условиях продолжающегося падения стоимости углеводородов, металлов и другого сырья, правительство вынужденно было субсидировать отечественные монополии. Одновременно возрастала потребность банковского сектора в государственном кредитовании.

В 2009 году бюджет России окажется дефицитным – считали в ИГСО. ЦЭИ Института прогнозировал: «Валютные резервы нечем будет пополнять, а нагрузка на правительственные финансы повысится. Корпоративный сырьевой сектор потребует больших вливаний. Возрастут проблемы банков: их ждет скачок неплатежей по долгам». В 2009 году российским банкам и корпорациям предстояло произвести платежи по иностранным долгам в размере 200 млрд $. Эту нагрузку, вероятно, в немалой мере должно было взвалить на себя государство. Согласно оценке ЦЭИ ИГСО, в 2009 году поддержка государства должна была превратиться в необходимость практически для всех секторов экономики. Правительство, как предполагалось, должно было продолжить в 2009 году избранную антикризисную политику, направленную на смягчение воздействия кризиса на отдельные компании и сектора хозяйства. Руководство России просто ожидало завершения кризиса, как ждут окончания плохого сезона.

Ожидание от властей качественной стратегии преодоления кризиса в ИГСО считали необоснованным. Кризис в 2009 году должен был оставаться разрушительной реальностью. При этом 2009 год не должен был стать для России самым тяжелым годом кризиса.

Девальвация рубля и спад в экономике

Снижение стоимости рубля по отношению к иностранным валютам могло только ускорить спад в российской экономике. Осуществление властями намерения девальвировать национальную денежную единицу должно было отрицательно отразиться на всем отечественном хозяйстве. Одновременно не стоило ожидать резкого улучшения положения экспортных монополий.

В мире продолжал быстро сокращаться спрос на сырье. Снижение затрат на рабочую силу не было способно компенсировать ценовые потери и избежать убытков. Для компаний ориентированных на внутренний сбыт дальнейшее сокращение доходов населения грозило обернуться крайне тяжелыми последствиями. Можно было ожидать массовых банкротств и остановки многих промышленных предприятий вследствие форсированного ослабления спроса. Однако российские власти полагали иначе: намеченная девальвация рубля провозглашалась спасительной для экономики.

В конце осени 2008 года в русских корпоративных кругах настойчиво звучали призывы девальвировать рубль. Правительство дало согласие на постепенное ослабление национальной валюты. Предполагалось, что снижение ее покупательной способности по отношению к доллару и евро, а также иным товарам приведет к сокращению издержек у российских компаний. Считалось, что в условиях падения на мировом рынке спроса на сырье, уменьшение производственных затрат поднимет конкурентоспособность отечественных монополий. Прежде всего девальвация рубля должна была понизить затраты компаний на рабочую силу. Однако решение правительства девальвировать национальную валюту, должно было неминуемо иметь многочисленные негативные последствия для экономики. Зимой 2008...2009 годов поэтапная девальвация рубля была осуществлена.

Падение как абсолютной, так и относительной (к валютам) покупательной способности рубля ускорило ослабление внутреннего рынка страны в 2009 году. Резкое сокращение реальных заработков населения обернулось дальнейшим снижением потребительского спроса. Огромный сегмент товаров перестал находить сбыт в прежнем объеме. Еще до девальвации власти оказались вынуждены оказывать финансовую поддержку торговым сетям, у которых нарастали трудности с продажами. Положение небольших магазинов оказалось в результате ослабления рубля еще более шатким: они продолжают терять покупателей, перетекающих к крупным конкурентам.

Население ничего не выиграло от девальвации рубля. Производители и продавцы товаров на внутреннем рынке понесли ощутимые потери. Когда курс национальной валюты был обвален, деловая пресса захлебывалась в восторгах. Однако стремительный рост безработицы и социального напряжения, при падении реальных доходов населения, а также сокращения внутреннего рынка оказались основными итогами «спасительной девальвации». Возросли проблема с платежами по долгам как у компаний так и у рядовых заемщиков. Для предприятий автомобилестроения в 2009 году ситуация со сбытом продукции ухудшилась. Только мировая финансовая стабилизация спасла российскую экономику от еще более тяжелых последствий.

Осуществляя девальвацию рубля, власти России не исходили из того, что для поддержания экономики нужны сильные потребители. Крупных государственных заказов промышленности так же не было предложено.

Квартиры дешевеют медленно: рынок упадет еще

Цены на жилье в России снижались медленней, чем происходило ослабление спроса. В результате в конце 2008 года дома и квартиры не находили покупателей. Выжидательная политика продавцов на начальной стадии кризиса обернулась в 2009 году тем, что основная масса недвижимости осталась непроданной. Игроки на жилищном рынке должны были со временем потерпеть крах беспрецедентного масштаба.

По мнению ЦЭИ ИГСО, работающие в сфере недвижимости компании, недооценивали перспектив хозяйственного кризиса. Они упускали последнюю возможность выручить за жилье хоть какие-то крупные средства в условиях еще не обрушившегося окончательно материального положения потребителей. Этой линии они продолжали придерживаться и в 2009 году, рассчитывая, что стабилизация завершится не новым падением, а возобновлением хозяйственного роста и восстановлением докризисного спроса.

К началу 2009 года скидки к заявленным ценам на недвижимость составляли порядка 20...35%. Наряду с компаниями на жилищном рынке росло предложение частных лиц, пытающихся за счет продажи инвестиционных квартир выручить средства необходимые для спасения своего бизнеса. Рост предложения наблюдался также на рынке аренды. В ноябре 2008 года он увеличился примерно на 30%. В тоже время материальное положение съемщиков стремительно ухудшалось. Людям сокращали зарплаты. Происходили массовые увольнения. Многие съемщики квартир вскоре не смогли покрывать существующую арендную плату. Обвал грозил и этому рынку, где стоимость аренды 2...3 раза превышала общеевропейский уровень.

Спрос на жилищном рынке России снижался, но монополии сдерживали его обрушение. Государство также оказывалось не заинтересовано в снижении цен на жилье. Текущая ситуация – это пауза перед большим падением, полагали в ЦЭИ ИГСО. Однако большого падения в 2009 году так и не последовало. Оно не было отменено как перспектива, а лишь откладывалось в результате финансовой накачки корпораций. Развитие кризиса замедлялось, а не убыстрялась как должно было происходить при естественном его развитии. Антикризисные пакеты правительств всех стран срабатывали как средства заморозки ситуации.

Крах жилищного рынка в России был спрогнозирован ЦЭИ ИГСО еще в апреле 2008 года. Сделанное специалистами Института предупреждение было с интересом воспринято в обществе, но вызвало крайне негативную реакцию среди экспертов. Аналитики строительных и риэлтерских компаний дружно утверждали: недвижимость будет только дорожать. В итоге не пойдя на умеренное снижение цен летом 2008 года, продавцы жилья упустили возможность реализовать имеющиеся дома и квартиры по все еще крайне высоким ценам.

Отказавшись продать жилье на начальной фазе кризиса по сниженным ценам, компании оказывались перед упрямой перспективой. Им предстояло сбывать его позднее за бесценок для покрытия текущих затрат. Произошедшее во второй половине 2008 года снижение цен ничего не давало ни потребителям, ни продавцам. Для активизации сбыта застрявшей на рынке недвижимости требовалось 55...65% уменьшение цен. На более тяжелой стадии кризиса таких скромных мер должно было оказаться уже недостаточно.

Вопреки ожиданиям некоторых представителей крупных строительных компаний государство не сможет приобрести по завышенным ценам все скопившиеся дома и квартиры. Даже при стабильном повышении его роли как покупателя жилья, оно не способно заменить собой нормальных потребителей. В ходе экономического кризиса недвижимости в России предстоит еще значительно подешеветь. Не исключено, что цены на жилье сократятся в несколько раз. Но даже такое снижение цен может остаться холостым, поскольку спрос рискует уменьшиться еще больше.

Фиаско аналитиков

В 2008 году большинство экономических аналитиков в России продемонстрировали некомпетентность, означающую, по сути, профессиональную непригодность. Они не смогли предсказать ни одного важнейшего хозяйственного события года. Такой вывод сделали в ИГСО, изучив многочисленные оценки и прогнозы, сделанные в нашей стране за последний период. Благодаря обилию некомпетентных оценок экономические институты и население оказались к приходу в Россию мирового кризиса в предельно проигрышном положении. Всерьез подготовиться к новым хозяйственным условиям не смогла ни одна отечественная компания.

Практически повсеместные ошибки аналитиков дорого обошлись отечественной экономике. Наиболее ощутимо слабый профессионализм был продемонстрирован ими в первой половине года.

Признаки развивающегося уже экономического кризиса в экспертном сообществе разглядели единицы. Все остальные хором твердили, что нам ничего не угрожает. Еще более абсурдно звучали повсеместные уверения экспертов в том, что Россия только выиграет от глобальной нестабильности в экономике. Высший менеджмент также допустил крупные просчеты. В проигрыше оказались все, кто поверил в полезность кризиса для национального хозяйства и ведущих отраслей. Потери предприятий в значительной мере стали следствием ошибочных стратегий, основанных на абсолютно неверном анализе ситуации.

Просчеты можно разделить на сделанные в общем (макроэкономическом) и частном (отраслевом) анализе. В первой половине 2008 года наблюдались почти тотальные просчеты в оценке ситуации в мировой экономике. Особенно вопиющей выглядит некомпетентность аналитиков близких к правительству. Вторая половина года принесла ясность относительно частного понимания ситуации. Картина оказалась еще хуже. Ключевое для российской экономики падение цен на нефть не смог предсказать почти никто. ЦЭИ ИГСО в конце сентября предупредил, что нефть к концу года будет стоить 40...50 $ за баррель. В пику этому «черному прогнозу» Министерство финансов РФ заявило, что нефть останется в пределах 90 $ за баррель. С этой оценкой сходилось большинство аналитиков. Потребовалось почти два месяца, прежде чем прогноз ИГСО поддержали другие эксперты (зарубежные).

Не менее ощутимыми оказались просчеты аналитиков банковской сферы, рынка недвижимости и фондового рынка. Когда самым разумным решением являлось сбрасывание ценных бумаг на стоимостном пике, аналитики убеждали в целесообразности дополнительного инвестирования средств в акции. Предупреждение ЦЭИ ИГСО (сделанное в апреле) о назревающем к концу года крахе рынка недвижимости в РФ никто не поддержал. Строительные компании не использовали благоприятную еще ситуацию для реализации домов и квартир, а предпочли ждать, пока спрос не упал в десять раз.

В целом российские аналитики предсказывали в 2008 году лишь то, что уже происходило на рынке. Если мировые цены на основные виды сырья росли, то аналитики предсказывали их дальнейший рост. Если в каком либо сегменте происходило падение, то оценки сводились к «предсказанию» дальнейшего снижения. При этом даже в таком анализе специалисты не решались заглянуть дальше нескольких ближайших месяцев.

Совершенно неадекватным выглядели по итогам 2008 года благодушные оценки аналитиками перспектив торговли и сферы услуг. Опираясь на неверное понимание частной и общей ситуации в экономике, отечественные компании не только не смогли извлечь выгоду из перемен, не подготовились к трудностям, но и понесли колоссальные потери. Финансовые выигрыши от кризиса смогли получить единицы, те, кто полагался на оценки экспертного «андеграунда», не основывающегося на неолиберальной экономической теории. Ее доминирование, как в системе образования, так и в практике экономического анализа стало причиной повсеместных экспертных просчетов. В связи с этим тень падает и на систему преподавания экономики, основанную на господстве научно ошибочных и практически бесполезных взглядов.

ВВП России в 2008 году снизился

ВВП России по итогам 2008 года не вырос, а существенно сократился. К такому выводу пришли специалисты ЦЭИ ИГСО в конце 2008 года. Согласно официальным оценкам, прирост ВВП должен был составить по итогам года порядка 6%. По расчетам ЦЭИ ИГСО, реальный ВВП России являлся зеркальным к декламируемому, то есть был отрицательным.

Фигурирующие в официальной статистике данные по ВВП не отражали реальной картины в экономике. Они противоречили информации о масштабном падении промышленного производства в стране, снижении реальных доходов россиян и оттоке иностранных капиталов.

Государственные органы стремились замаскировать ситуацию, провозглашая по итогам года рост ВВП и прогнозируя его на 2009 год. Рассуждения о замедлении экономического роста не имели под собой основания. В экономике разворачивался полномасштабный спад. Сделанный Министерством экономического развития прогноз 2,4% роста ВВП в 2009 году был абсолютно нереален. Неверны также были обещания снижения инфляции до 10...12% и 2,5% роста доходов населения. Все это не выдержала никакой проверки временем.

По данным ЦЭИ ИГСО снижение объемов промышленного производства в стране должно было составить в декабре 2008 года по сравнению с декабрем 2007 года порядка 13%. Экспорт сырья из России за тот же период также сократился. Ощутимыми являлись потери от снижения цен на все виды сырья. Продажи товаров на внутреннем рынке уменьшились не менее чем на 28...30%. Прибыли компаний стремительно падали. Многие предприятия либо уже находились на пороге банкротства, либо несли убытки. Инвестиционная активность в стране уменьшалась.

Из всех расчетных показателей ВВП увеличивались только государственные расходы. В результате по итогам года должно было констатироваться значительное падение ВВП. Власти не желали его признавать официально, хотя обладали всей информацией. В 2009 году ВВП России продолжал снижаться, качественных изменений в антикризисной политике не произошло. В результате, всего за год «съеденным» мог оказаться весь прирост 1999...2007 годов.

Несмотря на финансовую стабилизацию в 2009 году ВВП продолжал падать. Приход 2010 года гарантировал продолжение кризиса. Переход к регулированию оставался задачей будущего, вряд ли решаемой без прямого вмешательства в политику широких общественных слоев.

Изменить ситуацию в экономике способен только переход к новой хозяйственной политике. Ее основой должны стать протекционизм, стимулирование потребления и регулирование. Государство обязано взять на себя жесткую управленческую роль в экономике. Оно должно не только ограничить банковский процент, но и определять, кто, сколько и в какие сроки должен производить, где, когда и как продавать. Необходимо создавать крупные государственные проекты, наращивать нерыночный сегмент: медицину, науку, образование, жилищную и инфраструктурную сферы. Требуется поднимать внутренний спрос. Стратегической задачей должна стать забота о внутреннем рынке.

 

Нанотехнологии не вытащат экономику | Удвоение безработицы | Эпоха без глянца началась | Неожиданная нефть | На книжном рынке грядут перемены

Оглавление


Дата публикации:

11 января 2010 года

Электронная версия:

© НиТ. Раритетные издания, 1998