Перейти в начало сайта Перейти в начало сайта
Электронная библиотека «Наука и техника»
n-t.ru: Наука и техника
Начало сайта / Раритетные издания / Яды – вчера и сегодня
Начало сайта / Раритетные издания / Яды – вчера и сегодня

Научные статьи

Физика звёзд

Физика микромира

Журналы

Природа

Наука и жизнь

Природа и люди

Техника – молодёжи

Нобелевские лауреаты

Премия по физике

Премия по химии

Премия по литературе

Премия по медицине

Премия по экономике

Премия мира

Книги

В поисках «энергетической капсулы»

Грюндеры и грюндерство

Генри Форд. Моя жизнь, мои достижения

Плеяда великих медиков

Ум хорошо...

Физики продолжают шутить

Издания НиТ

Батарейки и аккумуляторы

Охранные системы

Источники энергии

Свет и тепло

Научно-популярные статьи

Наука сегодня

Научные гипотезы

Теория относительности

История науки

Научные развлечения

Техника сегодня

История техники

Измерения в технике

Источники энергии

Наука и религия

Мир, в котором мы живём

Лит. творчество ученых

Человек и общество

Образование

Разное

Яды – вчера и сегодня

Ида Гадаскина

Эллада

В то время как в долинах великих рек создавались и гибли могущественные державы, Балканский полуостров и некоторые острова Эгейского моря заселялись арийскими племенными группами эолян, дорян, ионян и ахеян, впоследствии назвавших себя эллинами.

Архаический (крито-микенский) период складывался под сильным влиянием Востока, главным образом Египта и Финикии. Мифические сказания о жизни и подвигах воинов-героев и вмешательстве богов и богинь в их судьбу отражали миропонимание древних эллинов (греками их позже назвали римляне); сложились они на рубеже II и I тысячелетий до н.э. («Илиада» и «Одиссея» Гомера, «Теогония» Гесиода, «Аргонавтика» Аполлония Родосского). Племенные группы создавали отдельные города-государства и ревностно защищали их независимость. В историческое время на передний край выдвигаются два племени: суровое и воинственное племя дорян со своим центром в Спарте и более склонные к духовной культуре ионяне с центром в Афинах. С IX по VIII в. до н.э. возникают колонии, создаваемые выходцами из отдельных городов-государств на всех островах Эгейского моря, на западном побережье Малой Азии, па берегах Черного моря и на Апеннинском полуострове. Политическое управление древнейших самодержцев-базилевсов сменялось олигархией, тиранией*, в некоторых городах преобладала демократия. Отдельные полисы вырабатывали свою «политию» и ревниво ее соблюдали, а временные союзы носили непрочный характер, что приводило к частым столкновениям. Таким образом, Греция как единое государство не выступает, объединяет ее только единство расы, общность языка и культуры и обособленность от прочих народов, которых греки считают «варварами».

* Греческое слово «тиран» обозначало правителя, взявшего власть силой, а не законным путем. Жестокость и несправедливость с этим словом не связаны.

В IX–VIII вв. до н.э. греки заимствовали алфавитное письмо от финикийцев. Ранняя греческая наука зародилась на рубеже VII и VI вв. до н.э. в приморских городах Малоазийской Ионии. Возникновение наук связано с общим духовным скачком, который пережила Греция в это время и который справедливо именуют «греческим чудом». Греческие ученые рано обратились к физико-космологическим направлениям в науке и наряду с этим развивали прикладные, практические знания. Медицина заимствовала многое от египтян, но элементы магии и знахарства не играли столь большой роли, как это было на Востоке. Покровителем медицины считался мифический врач Асклепий, сын Аполлона, ученик кентавра Хирона; Асклепию были посвящены многие храмы в Элладе. Уже в «Илиаде» отражены наиболее ранние сведения медицинского характера, свидетельствующие об определенном уровне анатомических знаний и применении лекарственных трав.

С древнейших времен сбор и заготовку лекарственных растений производили лица, которых называли «ризотомы» (корнекопатели, корнерезы). Продажа лекарственных растений находилась в руках фармакополов, обладавших значительным запасом эмпирических знаний. В VI–V вв. до н.э. существовало уже несколько медицинских школ. Наибольшей славой пользовалась косская школа, основателем которой был Гиппократ (около 460...370 гг. до н.э.). Известно сочинение под названием «Свод Гиппократа», однако нужно думать, что только некоторые разделы были составлены им самим. Учение Гиппократа рационально, лишено знахарства, многие положения вполне современны. Большое значение придано нравственным обязанностям врача перед больным, что нашло отражение в так называемой «клятве Гиппократа», дожившей до наших дней. Хотя продажа ядовитых растений не была запрещена законом, примечательно, что «клятва Гиппократа» содержит следующие слова: «Я не дам никому просимого у меня смертельного средства и не покажу пути для подобных замыслов».

В области фармакологии и токсикологии греки накопили обширные сведения. Одним из первых ботаников древности был Феофраст (372...287 гг. до н.э.), живший в Афинах. Друг и преемник Аристотеля, Феофраст возглавил философскую школу перипатетиков после его смерти. В сочинении «Исследование о растениях» в девяти книгах последняя книга посвящена лекарственным и ядовитым растениям, их происхождению, сбору и способам применения.

Греческие мифы неоднократно обращаются к ядам. Геката – повелительница теней в подземном мире, богиня призраков и ночных кошмаров, знаток ядовитых средств; Медея – героиня знаменитого сказания об аргонавтах – колдунья и жестокая отравительница. «Травы Медеи» (аконит) воспевают греческие и римские поэты:

Знай: пока есть на земле и булат, и отравы, и пламя,
Мести лихой ни один враг не избегнет моей.

(Овидий «Послания героинь, или Героиды»)

Aconitum napelles (капюшон монаха, борец), многолетняя трава семейства лютиковых, имеет цветок в форме шлема. Известно около 300 видов этого растения, все они ядовиты, хотя использовались в средние века в арабской и персидской медицине. В настоящее время применяется только в гомеопатии. Ядовитый алкалоид содержится главным образом в клубнях в виде соединения с органическими кислотами (C34H47NO17). Аконитин возбуждает, а затем парализует выработку химических передатчиков (медиаторов) в нервных узлах (ганглиях) вегетативной нервной системы. Смерть наступает от прямого действия яда на дыхательный центр.

Феофраст пишет, что «яд из него (аконита) составляют определенным способом, который известен не всем. Поэтому врачи, не знающие этого состава, и дают аконит как содействующее пищеварению, а также в других случаях. Если его выпить с вином и медом, то вкус его совершенно неощутим. Яд из него составляют с расчетом на то, чтобы он подействовал в положенный срок: через два, три, шесть месяцев, через год, иногда через два года. Очень тяжело умирают люди, чахнущие от него в течение долгого времени; самая лёгкая смерть от него мгновенная. Растений, которые бы служили противоядием от него, какие, мы слышали, есть от других ядов, не найдены... Покупать его недозволено, и за такую покупку карают смертью». Нужно, однако, добавить, что нет уверенности, что сказанное относится именно к тому растению, о котором идет речь, так как описание его не совпадает с описаниями, сделанными Диоскоридом и другими более поздними авторами. Вполне возможно, что этот яд стал для античности символом всякого яда.

Растение получило свое наименование у греков или от названия города Акон, связанного с именем Геракла, или от слова «акон», что значит «ядовитый сок». Вызываемое ядом сильное слюноотделение, по преданию, также связано с мифом о Геракле, который в борьбе со стражем Аида – трехголовым псом Цербером привел его в такое бешенство, что пес стал испускать слюну, из которой и вырос ядовитый аконит. Аконит – наиболее ядовитый растительный яд – был знаком многим народам Востока. В Индии и Гималаях произрастает разновидность растения, называемая «бич». Этот вид (Aconitum ferox) содержит близкий к аконитину алкалоид псевдоаконитин C36H49NO12, отличающийся, однако, еще большей ядовитостью. Заготовки корня в Индии происходят осенью и сопровождаются рядом мистических церемоний, а при высушивании и измельчении корня принимают меры предосторожности, боясь его ядовитого действия. Корень сохраняют в бамбуковых трубочках и в таком виде продают. Распространен был напиток «нехваи», получавшийся при брожении разваренного риса, к которому иногда добавляли корень аконита, что неоднократно приводило к отравлениям. Некогда в казахстанских степях (СССР) аконитом не только отравляли, но и обрекали жертву на медленную, неминуемую гибель. Даже лошадей соперников в состязаниях устраняли при помощи ядовитого корешка (П. Массагетов). А.П. Чехов встречался с жертвами этого яда на Сахалине.

История не сохранила истоков обычая использования яда для наказания преступников. Однако уже в историческое время эллины имели «государственный яд», называемый ими цикутой, который приобрел горькую славу, будучи причиной смерти многих прославленных мужей в Греции. О смертоносной цикуте пишут в римское время Плиний, Тацит, Сенека: «Цикута, яд, страшный при потреблении, использовали в Афинах,чтобы убивать преступников» (Плиний Ст.); «Это яд, которым убивали преступников в Афинах» (Тацит); «Яд, которым умерщвляются осужденные уголовным судом афиняне» (Сенека). Афины, как и другие полисы, не сразу дошли до народовластия, но реформы Солона (594 г. до н.э.), правление и законы Перикла (около 490...429 гг. до н.э.) укрепили в Афинах демократическое управление, которое нужно понимать как наличие определенных правовых норм всех свободных граждан полиса.

Conium maculatum – болиголов пятнистый, омег пятнистый, или цикута (название, сохранившееся с древнейших времен), – относится к семейству зонтичных, все части его ядовиты. Ядовитым началом является алкалоид кониин (C8H17N). Минимальная смертельная доза для человека не выяснена, но она, безусловно, составляет всего несколько миллиграммов. Кониин – яд, вызывающий паралич окончаний двигательных нервов, по-видимому мало затрагивающий полушария головного мозга. Судороги, вызываемые ядом, приводят к удушью.

Феофраст дает подробное описание способа изготовления яда из стеблей растения и отсылает своих читателей к врачу Фрасию, который «нашел, говорят, такое средство, которое делает смерть легкой и безболезненной. Он брал сок болиголова, мака и других таких же трав и приготовлял крохотные пилюли, весом около драхмы... Противоядия от этого средства нет вовсе». Плиний Старший, автор «Естественной истории», живший в эпоху, когда самоубийство считалось достойным выходом, среди прочих ядовитых растений описал и действие цикуты. При этом он подчеркивает, что природа сжалилась над человеком и послала ему различные яды для безболезненной смерти. Вполне возможно, что древние называли цикутой вех ядовитый – Cicuta virosa, – содержащий ядовитый алкалоид цикутотоксин.

После выделения из растения алкалоида были сделаны попытки использовать его как лекарство; действие яда изучалось на животных, но лекарственного значения алкалоид не получил. Уже в XIX в. в Венской фармакологической школе широко проводились автоэксперименты, позволяющие проанализировать действие ядовитых веществ на человека. В этих опытах участвовали врачи или студенты-медики. Историческая слава цикуты вызывала к ее яду особый интерес. Опыты на себе поставили несколько студентов, принимавших внутрь разовые дозы кониина от 0,003 до 0,008 г. Они выявили местное раздражающее действие на слизистые, резко выраженную мышечную слабость, которая при малейшем мышечном напряжении приводила к болезненным судорогам. Отравление сопровождалось головной болью, головокружением, расстройством со стороны желудочно-кишечного тракта, сонливостью, помрачением сознания.

«Век Перикла» это расцвет афинской демократии и вместе с тем гегемония Афин в греческом мире: их обогащение, широкая торговая деятельность, предпринимательство, успехи искусства и литературы. Политические и экономические условия приводят к тому, что философы от вопросов космологии начинают обращаться к человеку: его инициативе, предпринимательской деятельности, знаниям. Любой афинский гражданин может выступить в народном собрании, но он должен хорошо и ясно высказать свое мнение. Нужны теперь новые навыки: логическое, последовательное изложение, нужно красноречие. Учителями этих современных требований выступают философы-софисты, платные учителя логического красноречия, мало интересующиеся вопросами морали. Вот на этом фоне увлечения софистикой появляется Сократ, о котором пойдет наш дальнейший рассказ. О Сократе потом скажет Сенека: «Цикута сделала Сократа великим... он выпил сок цикуты как способ стать бессмертным».

Сократ, вместе с некоторыми софистами, впервые обратился в философии к проблеме человека и, в частности, к проблеме разума. Это было ново. Его стремление анализировать обычные человеческие поступки и понятия вызывали у многих его современников неприязнь, а порою даже испуг. Сократ излагал свои взгляды устно, ведя разговоры на улицах, площадях, в общественных и частных местах. Жизнь его прошла в беседах, но манера бесед как по стилю и содержанию, так и по своей цели резко отличалась от внешней напыщенности софистических риторов. Эти беседы-полемики, часто иронические, обычно ставили собеседника в тупик, так как они задевали его самомнение. Аристократы считали Сократа развязным простолюдином, а демократы видели в нем своего разоблачителя.

Философия Сократа сводилась к пониманию добродетельной жизни, достигаемой умеренностью, воздержанием, разумными потребностями. Прямо или косвенно осуждались или высмеивались честолюбие, стремление к богатству, роскоши, подчинению человека своим страстям, чувствам, прихотям. Эти беседы сделали Сократа уже при жизни популярнейшей фигурой не только в Афинах, но и во всей Элладе. Сократ ничего не писал. О его взглядах, разговорах, привычках можно судить по записям его друзей и учеников, по диалогам Платона и по воспоминаниям Ксенофонта.

Большое волнение в февральские дни 399 г. до н.э. вызвало в афинском обществе сообщение, что молодой, малозначимый писатель Мелет подал жалобу на семидесятилетнего философа, требуя его смерти. Текст обвинения следующий: «Это обвинение составил и, подтвердив присягой, подал Мелет, сын Мелета из дема Питтос, против Сократа, сына Софроникса из дема Алопеки: Сократ повинен в отрицании богов, признанных городом, и во введении новых божественных существ; повинен он и в совращении молодежи. Предлагается смертиая казнь».

Свыше 500 судей приняло участие в процессе. Триста человек против двухсот пятидесяти приговорили Сократа к смерти. Что же произошло? Власти, считавшие себя демократическими, не выдержали добродушной иронии Сократа, и ему был вынесен смертный приговор – такой, какого до сих пор еще никогда не произносили в Афинах в случаях отвлеченных идейных несогласий. Сократ не хотел просить о помиловании или смягчении наказания. Он сказал своим судьям: «...не жизнь, а хорошая жизнь является для смертного наибольшим благом». По ряду соображений его казнь была отложена на 30 дней. Его уговаривали бежать, но он оставался в заключении и продолжал беседовать со своими друзьями, рассуждая о жизни и смерти.

Платон познакомился с Сократом, когда Сократу было уже 60 лет, и Сократ навсегда остался для него идеалом человека и философа: в сочинениях Платона Сократ выступает как действующее лицо. Смерть Сократа описал Платон, хотя он не присутствовал во время последней с ним беседы, так как был болен (Платон «Федон»).

Когда Сократ увидел тюремного служителя, то спросил его: ну, милый друг, что я должен делать с этим кубком? Тот ответил: ты должен только испить его, затем ходить взад и вперед до тех пор, пока у тебя отяжелеют бедра, а потом лечь, и тогда яд будет продолжать свое действие... Сократ очень бодро и без злобы опорожнил кубок. Он ходил взад и вперед, а когда заметил, что бедра отяжелели, то лег прямо на спину, как велел ему тюремный служитель. Затем этот последний стал дотрагиваться до него время от времени и исследовать его стопы и бедра... После этого служитель сильно сжал ему стопу и спросил, чувствует ли он что-либо при этом. Сократ ответил: нет. Служитель надавил сначала на колено, затем надавливал все выше и показал нам, что тело становится холодным и оцепенелым. После этого он прикоснулся к нему еще раз и сказал, что как только действие яда дойдет до сердца, то наступит смерть. Когда живот уже сделался совершенно холодным, Сократ раскрылся (он лежал прикрытый) и сказал: мы должны Асклепию принести в жертву петуха, сделайте это немедленно, – это были последние его слова. Будет исполнено, ответил Критон, но подумай, не имеешь ли еще чего-нибудь нам сказать. Но Сократ ничего не ответил, вскоре после этого тело его вздрогнуло. Когда служитель раскрыл его, то глаза были уже неподвижны. Увидя это, Критон закрыл ему рот и глаза.

Жертвоприношение петуха Асклепию, богу врачевания, обычно полагалось за выздоровление. Имел ли в виду Сократ выздоровление своей души и освобождение ее от бренного тела? Или это была обычная его ирония?

Соревнование между Афинами и Спартой за гегемонию, равно как враждебность демократического управления в Афинах и аристократического в Спарте привели к войне, которая с перерывами продолжалась около 30 лет, потрясая весь греческий мир, и кончилась поражением Афин (Пелопоннесская война, 431...404 г. до н.э.). Гегемония Спарты не объединила Грецию, напротив, дала возможность Персии вмешиваться во взаимоотношения отдельных полисов, подкупая их вождей. В этой ситуации все складывалось в пользу Македонии, которая уже давно появилась на исторической арене, и теперь, пользуясь слабостью греческих полисов, имела много шансов на завоевание Греции. Нужно сказать, что идея объединения Греции не была чужда греческому миру. В памяти еще были греко-персидские войны, когда совместными усилиями греки наголову разбили персов в знаменитых боях при Фермопилах, Саламине, Марафоне (480 и 490 гг. до н.э.). Теперь, через 100 лет, афинский ритор Исократ снова выступал с программой мира, возлагая надежды на македонского царя; о мире говорил и знаменитый оратор Демосфен, но он призывал греков забыть распри и, всячески противодействуя македонским царям, сохранять свободу Греции.

Македония расположена севернее той части Греции, которую называют Северной Грецией, т.е. севернее Эпира и Фессалии. Греческая культура и образованность всегда вызывали уважение у македоиян, и даже греки не считали их варварами. Тем не менее македонские цари стремились отвоевать от Греции хотя бы небольшую ее область, и особенно преуспевал в этом Филипп II (около 382...336 гг. до н.э.). О Филиппе обычно знают как о монархе, целью которого было покорение в первую очередь Греции, а потом и Персии. Однако Филипп более сложная фигура, так как кроме завоевательских целей он не был чужд ни греческой науке, ни греческой философии: приглашал, хотя и получил отказ, к своему двору Сократа, чрезвычайно ценил Платона. Придавая большое значение воспитанию и образованию сына, он привлек к этому прославленного философа своего времени Аристотеля.

Философское учение Аристотеля это самостоятельная тема. Остановимся лишь на его политических симпатиях и взглядах, которые сыграли свою роль в этот решающий период греческой истории. По происхождению Аристотель грек, но родился он на юге Македонии в городе Стагиры (в античной и мировой литературе его часто называют Стагиритом). Аристотель был сыном известного врача Никомаха, в семейной традиции считавшегося потомком мифического врача древности Асклепия. Еще до воцарения Филиппа отец Аристотеля был врачом при македонском дворе, но между этим временем и приглашением Аристотеля в Пеллу – столицу Македонии – прошло около 40 лет. Аристотель безгранично любил Грецию, страдал от распрей между отдельными городами, видел в этом причину упадка Греции и возлагал надежду на македонских царей, которые могли бы объединить Грецию в единое государство. Он имел определенное сдерживающее влияние на Филиппа и особенно на молодого Александра, образованием которого занимался около 8 лет. Неожиданная смерть Филиппа, убитого одним из своих придворных, поставила Александра в юном возрасте во главу Македонии (336 г. до н.э.). Пути Аристотеля и его царственного ученика разошлись: Аристотель через некоторое время возвращается в Афины, где он еще в молодости обучался в Платоновской академии, и организует свою школу – Ликей.

Александр подавляет сопротивление греческих городов-государств и готовится к походу на персов. Несмотря на то что Александр даже из далеких походов в Азии своей щедростью способствовал процветанию Ликея, отношения между учителем и учеником постепенно осложнялись. Аристотель был истинным греком, и весь Восток оставался для него варварским, а Александр постепенно воспринимался как деспот и тиран. Александр понимал свою миссию иначе: он стремился под своей властью создать единую державу, прививая своим новым подданным эллинскую культуру. Были и личные мотивы, осложнившие их отношения. Еще в Пеллах вместе с Александром у Аристотеля учился его племянник Каллисфен. Когда Аристотель вернулся в Афины, Каллисфен остался при Александре, а затем по желанию Аристотеля сопровождал его в походах в роли секретаря и историографа. Каллисфен часто досаждал Александру, и тот его недолюбливал. Когда в 328 г. до н.э. был открыт заговор молодых македонян против Александра («Заговор пажей»), Каллисфен был обвинен в подстрекательстве и, хотя против него не было ни прямых, ни косвенных улик, был посажен в тюрьму и погиб при неясных обстоятельствах.

Трагично сложились последние годы жизни Аристотеля. Несмотря на процветание его философской школы, Аристотель всегда чувствовал себя в Афинах чужестранцем, ибо всем были известны его личные связи с македонским двором. После смерти Александра враждебное отношение к нему настолько дало себя чувствовать, что он решил покинуть Афины. Согласно Диогену Лаэртскому* и другим античным источникам, непосредственной причиной было возбужденное против него судебное дело. Обвинителем было жречество, а предлогом – написанный им 12 лет назад гимн в честь его друга Гермия, где последний будто бы был обожествлен. Итак, Аристотель был обвинен в нечестии (святотатстве), что похоже на обвинение, которое было предъявлено Сократу. Аристотель хорошо понимал это и якобы даже говорил, что не желает, чтобы сограждане второй раз совершили преступление против философии (намек на Сократа). Аристотель скрывается на острове Эвбее и через год умирает. Существуют недоказанные свидетельства о том, что Аристотель умер, приняв яд (аконит). Вероятнее всего, философ переживал глубокую трагедию: рушились его мечты об объединении Греции под властью просвещенного монарха, ибо он не нашел этот идеал в Александре.

* Диоген Лаэртский (III в.) – античный писатель, автор сочинения по истории греческой философии и биографии философов.

С именем Аристотеля связывают еще одну трагедию. Со времени смерти Александра Македонского и до наших дней в литературе обсуждается причина его смерти: болезнь или отравление? Существует версия, недоказуемая, как и причина смерти Аристотеля, что именно Аристотель – знаток и любитель медицины – снабжает окружающих Александра ядом. Так ли это? Какой яд? Все, что связано с именем Александра Македонского, всегда легендарно, а описание яда, якобы полученного от Аристотеля, – плод античной фантазии (Плутарх* «Александр»).

* О возможности отравления Александра см. в работах А.Ф. Лосева, А.А. Таха-Годи, Д.И. Цибукидиса.

Вернемся несколько назад: когда Александр ушел в азиатский поход, правителем Македонии оставлен был Антипатр, один из полководцев Филиппа. Антипатр был враждебен афинскому оратору Демосфену, так как Демосфен еще во время мира всячески настраивал греческие города против Филиппа и против их подчинения Македонии, порицая все действия Филиппа и любой его шаг используя для того, чтобы восстанавливать греков против македонского царя. Разъезжая по Греции, он произносил зажигательные речи против Филиппа (знаменитые «филиппики»), чем навлек на себя ненависть македонян. Когда весть о неожиданной смерти Филиппа стала известна Демосфену, он с радостью сообщил об этом Народному собранию, не рассчитывая, что молодой наследник пойдет по стопам отца. Теперь Александра не было, но наступил час расплаты: Антипатр требовал от афинян выдачи Демосфена, и, когда стали поступать сведения, что македонское войско движется на Афины, Демосфен бежал на Калаврию (остров у северо-восточного берега Пелопоннеса) и искал защиты у алтаря Посейдона*. Посланники македонян стали уговаривать Демосфена выйти из храма и поехать к наместнику Македонии, который, дескать, не сделает ему ничего дурного. Когда уговоры перешли в угрозы, Демосфен сказал, что хочет написать несколько слов своим близким. Он удалился в глубь храма и взял палочку для письма, в которой был спрятан яд (цикута). Делая вид, что он пишет и раздумывает, Демосфен медленно пожевывал палочку. Когда он почувствовал, что яд оказывает свое действие, он завернулся в тогу, подошел к алтарю и, сказав несколько слов, упал. Существуют и другие рассказы о его смерти: говорили, что Демосфен хранил яд в пустом кольце и носил это кольцо как браслет. Демосфен умер в 322 г. до н.э. и был похоронен в ограде храма. Прах его позже перенесли в Афины, которым он был так предан. Афинский народ поставил в честь Демосфена медную статую, на пьедестале которой была сделана известная надпись: «Если бы мощь, Демосфен, ты имел такую, как разум, власть бы в Элладе не смог взять македонский Арей» (Плутарх «Демосфен»).

* Находящийся под защитой бога в его храме считался в Элладе неприкосновенным и не должен был подвергаться обиде.

Противники и поборники Македонской династии равно не избегли гибели, которую им принесла цикута. Расскажем еще о Фокионе. Сорок пять раз выбирали его афиняне стратегом за его рассудительность и справедливость. Фокион не заискивал ни перед царями, ни перед народом. В свое время, когда молодой Александр только вступил на престол, при встрече с ним Фокион советовал ему положить конец войне в Элладе и «возложить ее на плечи варваров, если он стремится к славе». Тем не менее вспыльчивый Александр настолько ценил Фокиона, что выслушивал его всегда доброжелательно. Когда Демосфен осыпал бранью Александра, Фокион увещевал оратора известными словами из «Одиссеи»: «О злополучный! Зачем раздражаешь ты грозного мужа?».

После смерти Александра снова кипят политические страсти, и афиняне под влиянием антимакедонских настроений приговаривают Фокиона к смерти. В тюрьме, когда уже терли цикуту, кто-то из друзей спросил Фокиона, что он хочет передать своему сыну. «Я хочу ему сказать, – ответил Фокион, – чтобы он не держал злобы против афинян» (Плутарх «Фокион»).

 

Распад империи Александра

Оглавление


Дата публикации:

13 сентября 2002 года

Электронная версия:

© НиТ. Раритетные издания, 1998

В начало сайта | Книги | Статьи | Журналы | Нобелевские лауреаты | Издания НиТ | Подписка
Карта сайта | Cовместные проекты | Журнал «Сумбур» | Игумен Валериан | Техническая библиотека
© МОО «Наука и техника», 1997...2017
Об организацииАудиторияСвязаться с намиРазместить рекламуПравовая информация
Яндекс цитирования
Яндекс.Метрика