Перейти в начало сайта Перейти в начало сайта
Электронная библиотека «Наука и техника»
n-t.ru: Наука и техника
Начало сайта / Раритетные издания / Яды в нашей пище
Начало сайта / Раритетные издания / Яды в нашей пище

Научные статьи

Физика звёзд

Физика микромира

Журналы

Природа

Наука и жизнь

Природа и люди

Техника – молодёжи

Нобелевские лауреаты

Премия по физике

Премия по химии

Премия по литературе

Премия по медицине

Премия по экономике

Премия мира

Книги

Архимед

Доктор занимательных наук

Крушение парадоксов

Популярная информатика

У истоков дизайна

Цепная реакция идей

Издания НиТ

Батарейки и аккумуляторы

Охранные системы

Источники энергии

Свет и тепло

Научно-популярные статьи

Наука сегодня

Научные гипотезы

Теория относительности

История науки

Научные развлечения

Техника сегодня

История техники

Измерения в технике

Источники энергии

Наука и религия

Мир, в котором мы живём

Лит. творчество ученых

Человек и общество

Образование

Разное

Яды в нашей пище

Вольфдитрих Эйхлер

41. Поверхностно-активные вещества и окружающая природная среда

В настоящее время в сточные воды (и, следовательно, в круговорот воды) попадает множество самых различных поверхностно-активных веществ, где их присутствие ввиду их специфических свойств может быть весьма нежелательным (и вряд ли безразличным для водной фауны). Есть подозрение, что некоторые поверхностно-активные вещества совместно с определенными инсектицидами могут оказывать канцерогенное действие. По своему химическому составу поверхностно-активные вещества очень многообразны (Gawalek, 1975); некоторые из них применяются даже как гербициды или инсектициды.

Попадая в водоемы, поверхностно-активные вещества наносят вред рыбам, повреждая прежде всего их жабры; иные даже в концентрации около 0,05 мг/л токсичны для фитопланктона и для бактерий, разлагающих белки. При концентрации 5 мг/л дафнии гибнут за 10...100 часов. У теплокровных животных всасывание поверхностно-активных веществ происходит в кишечном тракте, а оттуда они попадают в печень.

Сведений такого рода очень мало, и это отражает явную недостаточность наших знаний о поверхностно-активных веществах, попадающих в природную среду. Но если «в некоторых местностях концентрация таких веществ в питьевой воде может достигать 1,7 мг/л», то уже одно это заставляет нас серьезно задуматься. В организме морских рыб, обитающих в Северном море (1978), все в большем количестве выявляются пластификаторы или мягчители. У одной морской чайки их содержание составило 3000 мг/кг.

Из моющих средств особое опасение вызывают фосфаты. Вероятно, их можно с успехом заменить силикатами натрия или алюминия, о которых известно, что они, согласно данным тщательно проведенных испытаний, не вызывают опасений.

Два сообщения из повседневного семейного быта в ФРГ помогут нам понять проблемы, вытекающие из интенсивной химизации нашего домашнего хозяйства:

  1. Машина для мытья посуды перепродается из-за того, что в ней накапливаются остатки моющих средств; в результате этого чистая на вид посуда несет на себе остатки вредных веществ.
  2. Молоко молочной фирмы «Деметер» вдруг оказалось горьковатым на вкус, так как оно содержало остатки химических веществ, которые применялись для очистки молокопро-водов и осаждались в них в виде кристаллов на стенках. («Деметер» – марка организации в ФРГ, продающей сельскохозяйственую продукцию, свободную от пестицидов).

42. Канцерогены в пищевых цепях

Среди тысяч чужеродных веществ, попадающих в пищу, несомненно, есть целый ряд канцерогенов, однако до сих пор, несмотря на интенсивно проводимые уже в течение нескольких десятилетий исследования, не удалось связать канцеро-генность с определенной структурой вещества. Наметились, правда, некоторые подходы, так как недавно было обнаружено, что среди полициклических ароматических углеводородов канцерогенные представители четко отличаются от других соединений специфическими особенностями кристаллической структуры. На поверхностях их кристаллов молекулы расположены таким образом, что они действуют как специфические матрицы для структуроуправляемой адсорбции биогенных макромолекул. Из этого был сделан вывод, что специфическая адсорбция служит решающим этапом в процессе канцерогенеза.

В истории исследований по этиологии рака можно найти много примеров веществ, вызывающих рак, которые, как мы теперь знаем, служат первопричиной различных профессиональных заболеваний ракового характера. Среди них есть и такие, которые связаны с пищевыми цепями, как, например, широко известный так называемый «рак виноделов». Причина его – мышьяк, применяемый для борьбы с виноградной тлей филлоксерой. В качестве примера пищевых добавок приводят вещество, применявшееся ранее для подкрашивания сливочного масла в желтый цвет, – диметиламиноазобензол (в то время известное под названием метилхолантрена). После того как была установлена канцерогенность этого вещества, его уже больше не использовали для подкрашивания масла. Рюдт (Rüdt) полагает, что «такие просчеты в выборе пищевых добавок в настоящее время немыслимы». Надеемся, что он прав!

В этом месте я хотел бы особо подчеркнуть, что я с возможной тщательностью старался проверить всю приводимую в этой книге информацию. Но история исследования пестицидов уже преподала нам урок: некоторые явления, основательно изученные рядом научных учреждений, спустя несколько лет выглядели уже совсем по-иному. Здесь мы не имеем в виду те случаи, когда публиковались умышленно искаженные факты в целях борьбы с конкурентами.

Согласно моему опыту, такие примеры особенно часты с веществами, подозрительными в отношении канцерогенности. Рюдт (Rüdt, 1978, S. 16) приводит такой пример: «Широко используемое в настоящее время сладкое вещество – цикла-мат – едва не запретили в ФРГ после того, как в США в результате длительных опытов по скармливанию больших доз цикламата крысам у последних были обнаружены опухоли мочевого пузыря. В 1973 г. на международном симпозиуме по сладким веществам цикламат был реабилитирован: ни канцерогенное, ни тератогенное действие его не подтвердилось».

Дискуссия по поводу ДДТ еще не закончилась, и в этом случае тоже остаются противоречивые данные. Утверждение, что повышенная канцерогенность ДДТ «существенно проявляется в последующих поколениях», основано только на опытах с мышами. Канцерогенность какого-либо вещества, обнаруженная в таких опытах, вызывает подозрение к этому веществу; но это не означает, что данное вещество обязательно будет так же действовать и на человека.

Когда в передаче канцерогенов по пищевой цепи участвуют растения, следует принимать во внимание и большие различия в поведении последних. Известно, например, что кормовая капуста (Grünkohl) определенно содержит больше 3,4-бензпирена, чем другие растения, и объясняется это более длительным вегетационным периодом этого вида капусты, а значит, и большим накоплением этого вещества, поступающего из воздуха. Морковь и другие корнеплоды аккумулируют самые различные ядовитые вещества из почвы (у моркови есть даже межсортовые различия по месту их накопления). В условиях избыточного удобрения шпинат переводит нитраты в нитриты, последние же служат исходным материалом для образования нитрозаминов, самых активных из известных нам канцерогенов. Нитрозамины вызывают у экспериментальных животных самые разнообразные опухоли практически во всех органах. Место образования опухолей у разных видов различно. Имеет значение также выбор вещества, его дозировка и способ введения. И все же пока неясно, можно ли делать выводы о канцерогенном действии тех или иных веществ на человека, основываясь на опытах с животными.

При исследовании пищевых продуктов, употребляемых человеком, самое высокое содержание вредных веществ было обнаружено в солонине и ветчине. Жарение существенно повышает содержание нитропирролидина. Обычно нитрозамины обнаруживаются только в мясных продуктах, которые были обработаны нитритом или нитратом. Поэтому органами гигиены питания вводятся определенные ограничения: в США, например, ветчина изымается из продажи, если после обжаривания она содержит более 10 мг/кг нитропирролидина.

Эйзенбранд и его сотрудники (Eisenbrand et al.) считают, что другие пищевые продукты не содержат существенных количеств нитрозаминов (эти авторы не упоминают шпинат). Не исключено, однако, что пиво служит для человека самым важным источником N-нитрозодиметиламина. После того как было установлено, что пиво содержит нитрозамины, технология пивоварения в ФРГ была изменена таким образом, что в будущем пиво будет поступать в продажу свободным от нитрозаминов. Было установлено далее, что нитрозодиметиламин образуется в процессе приготовления пивного солода в результате воздействия окислов азота на компоненты солода в сухом воздухе.

Нитрозамины в количествах, вызывающих известные опасения, был» обнаружены и в шотландском виски.

В ФРГ около 16 800 рабочих химической промышленности имеют дело с веществами, которые в 1977 г. были отнесены Германским научно-исследовательским обществом к числу агентов, вызывающих у человека рак.

Понятно, что пока еще нельзя сделать окончательных выводов о действительном масштабе опасности, угрожающей человеку в результате загрязнения окружающей среды канцерогенами (если не считать рака легких). Так, проф. Шмель (Schmähl, Институт рака в Гейдельберге) считает недоказанным повышение частоты рака в результате длительного отравления различными веществами, за исключением, как уже говорилось, рака легких. В отношении рака легких рост заболеваемости в связи с загрязнением воздуха очевиден, хотя в ряде случаев главной причиной, бесспорно, является курение сигарет.

Из сказанного может создаться впечатление, что, прежде чем наукой будет установлена связь заболеваний с определенным канцерогенным веществом, должны будут погибнуть от рака многие тысячи людей. Дело в том, что испытание какого-либо химического вещества на канцерогенность связано с огромными трудностями и обходится очень дорого. Для определения хронической токсичности и канцерогенности нового препарата, который должен пойти в массовое производство, на опыты с мышами требуется израсходовать 1,3 млн марок. Поскольку такие эксперименты должны проводиться на различных видах животных, расходы на токсикологическую проверку одного пестицида составят уже несколько миллионов марок (в дальнейшем я еще вернусь к этой проблеме). Данные 1981 г. свидетельствуют о невероятно высоких расходах: как правило, на разработку нового средства защиты растений тратится 30...40 млн марок, а срок разработки составляет 7...8 лет.

В заключение этой главы мне хотелось бы еще раз подчеркнуть, что в настоящее время мы располагаем сведениями о существовании таких явно канцерогенных веществ, при попадании которых в больших количествах в организм уже нет надежды на спасение. Но в большинстве случаев распознать причину возникновения рака очень трудно, и иногда вещество, признанное канцерогенным, действительно вызывает рак только в том, например, случае, если человек потреблял с пищей особенно много белков.

43. Лекарственные вещества в пищевых цепях

Эта тема весьма обширна; однако, с одной стороны, этот вопрос еще недостаточно исследован, а с другой – он не относится непосредственно к теме моей книги. Но я бы хотел остановиться прежде всего на двух аспектах, которые приобретают все большее значение и с точки зрения «опасных примесей в пище» не должны быть обойдены вниманием: это применение антибиотиков и гормональных препаратов в животноводстве.

Антибиотики применяются при массовом разведении животных главным образом в так называемых «нутритивных» дозах, т.е. в количествах, меньших, чем лечебные дозы. Во-первых, они уменьшают риск инфекции при массовом содержании скота; во-вторых, обеспечивают лучшее усвоение корма (и тем самым более высокую мясную продуктивность); в-третьих, могут удлинять сроки хранения мяса за счет уменьшения количества бактерий, находящихся в организме животного. Но их остаточные количества в пищевых продуктах способны, например, вызывать у человека явления аллергии или создавать устойчивость болезнетворных агентов.

Если антибиотики таким путем попадают в молоко, то оно становится непригодным для приготовления сыра.

Гормональные препараты используются при откорме животных, так как они стимулируют их рост. В качестве тирео-статиков среди прочих препаратов применяются диэтилстильб-эстрол и производные тиоурацила. Некоторое количество этих препаратов остается в мясе животного и способно вызвать у человека нарушение гормонального баланса.

В 1980 г во Франции прошла кампания бойкота телятины, вызванная тем, что производители вопреки запрету подкармливали животных эстрогенными препаратами, остаточные количества которых в мясе были весьма существенными, В ФРГ при проверке было установлено высокое содержание остаточных эстрогенов в продуктах для детского питания, приготовленных с добавлением телятины (возможно, поступившей из Италии).

Насколько серьезно общественность была обеспокоена такими тенденциями в пищевой промышленности, свидетельствует мрачная шутка, которую выдала в эфир в октябре 1980 г. одна из западногерманских радиостанций. Утренняя музыкальная передача была прервана следующим сообщением: «Сообщаем для жаждущих лекарств – один фунт телятины стоит сегодня...»

Поводом для последовавшего запрета на добавки диэтил-стильбэстрола при откорме телят было требование сначала добиться того, чтобы контрольные службы, определяющие остатки эстрогенных веществ в пищевых продуктах, имели необходимые для этого условия. Именно поэтому находчивые поставщики телятины стали использовать другие гормоны, которые либо еще не подлежали проверке, либо не поддавались обнаружению.

Тем временем эстрогены через сточные воды в столь значительных количествах попадали в некоторых местностях в воду (в том числе и питьевую), что возникла опасность для здоровья детей и взрослых мужчин; причиной этого считают широкое использование женщинами противозачаточных таблеток.

В связи со средствами, применяемыми для ускоренного откорма животных, здесь следует еще упомянуть бета-ингиби-тсры, или бета-блокаторы, представляющие угрозу прежде всего для сердечных больных и диабетиков.

Невозможно перечислить здесь все лекарственные средства попадающие в пищевые цепи или иным образом наносящие вред здоровью человека; тема эта настолько обширна, что может стать предметом отдельной книги. Поэтому приводимые мною ниже примеры носят характер более или менее случайных единичных моделей.

Так, например, в Японии в 50-х годах была выявлена картина заболевания (иногда даже со смертельным исходом), вызванного отравлением лекарственными средствами и названного «смон-синдромом» (подострая миелооптиконевропатия). Выяснилось, что причиной явились медикаменты на основе оксихинолина – прежде всего мексаформ, выпускавшийся фармацевтической фирмой Ciba. Примечательно, что этот синдром отмечался почти исключительно в Японии, что свидетельствует о комплексном характере причин его возникновения. Именно в Японии чаще всего наблюдались инфекционные желудочные заболевания, к которым здесь относились очень серьезно и при лечении которых применялся мексаформ. С другой стороны, предостережения на японском языке, напечатанные на упаковке лекарства, были не такими ясными или же их не воспринимали так серьезно, как аналогичные тексты на других языках: Хотя этот синдром встречался только в Японии, шведские врачи тоже выступили с требованием вообще отказаться от применения оксихинолина в терапевтической практике.

Химическое соединение ацетилэтилтетраметилтетралин (АЭТТ) из-за своего приятного мускусного запаха добавлялось в мыло и другие косметические средства, пока в 1948 г. исследования на животных не показали, что это средство после наружного (накожного) применения окрашивает всю нервную систему и другие внутренние органы в серо-зеленый или голубой цвет и вызывает воскообразное перерождение нервных волокон и вакуолярную дегенерацию миелиновых оболочек и вещества мозга.

Когда овец с целью борьбы с эктопаразитами купают в воде с хлорорганическими инсектицидами, эти растворимые в жирах химикаты тоже попадаются в мази и косметические средства (основой которых является ланолин).

44. Удобрения и окружающая среда

Недоверие неспециалистов к искусственным удобрениям, которые в ФРГ принято называть товарными (что звучит менее подозрительно), было скорее инстинктивно-эмоциональным, чем разумно обоснованным. Аналогичный упрек следует сделать и агрономам, категорически отвергавшим любое сомнение в безобидности химических удобрений. Если оказывается, что после внесения в почву удобрений погибают тли, обитающие в кроне елей, то возникает сомнение в том, что этот эффект – результат оздоровления дерева после внесения удобрения.

Если взять сельскохозяйственные продукты, получаемые благодаря искусственным удобрениям, то нельзя не отметить, что увеличение количества происходит порой за счет ухудшения качества. Но было бы ошибкой сваливать всю вину за так называемые болезни цивилизации только на это обстоятельство. Конкретных знаний о возможном отрицательном влиянии избыточного удобрения на продовольственные продукты у нас пока почти нет. В этом отношении можно говорить лишь о шпинате: например, если оставить шпинат с повышенным содержанием нитратов (частый результат избыточного удобрения огородной земли) на несколько часов при комнатной температуре, то в нем резко возрастает содержание нитритов, а количество нитратов падает. Нитриты же служат основой для образования нитрозаминов, которые, как известно, относятся к сильнейшим канцерогенным веществам.

Другие примеры загрязнения природной среды вредными веществами, содержащимися в удобрениях, уже приводились нами ранее. В последнее время все чаще в качестве удобрений стали использовать такие материалы, которые раньше никогда не применялись, – например, отстойный ил или мусор. А ведь именно с ними в продукты питания может попасть значительное количество тяжелых металлов, опасных для здоровья человека и частично накапливающихся в его организме. Разумеется, владелец земельного участка или сада не может точно знать, попали ли какие-либо вредные вещества в почву вместе с отстойным шламом или мусором, используемым в качестве удобрения.

Согласно данным Федерального ведомства по изучению водоемов в Кобленце, «наши водоемы не загрязнены средствами защиты растений и удобрениями». Лишь в мелких водоемах со стоячей водой смытые с полей удобрения при некоторых условиях могут стать серьезным балластом.

При такого рода информации у неспециалистов все время создается впечатление, что, когда отдельные исследователи предупреждают об опасности некоторых биологически активных веществ, это часто звучит весьма серьезно и, как правило, убедительно обосновывается; но затем на основании экспертизы какого-нибудь института снова выносится суждение об их безвредности. Проходит, однако, 5...10 лет, и становится совершенно очевидным, что опасность куда больше, чем это предсказывалось экспертами.

45. Добавки к пищевым продуктам

Вещества, добавляемые в продукты питания, подразделяются на красители, отбеливающие вещества, консерванты, средства, предотвращающие порчу фруктов, антиоксиданты, средства для очистки питьевой воды, сладкие вещества, антибиотики и гормоны в мясе (о них уже подробно говорилось в разделе 43).

Красящие вещества «следует добавлять только к тем продуктам, которые в процессе их изготовления утратили свою окраску (как, например, мармелад) или же от природы лишены равномерной или приятной окраски (как, например, ломтики мяса озерной форели)».

В ГДР применение красящих веществ для пищевых продуктов регламентируется Положением о пищевых красителях от 18. X. 63 г. Доктор Бейблер (Beubler) (Институт бродильных производств и безалкогольных напитков в Берлине) в своей статье от 20 марта 1980 г. высказался так: «О производстве напитков в ГДР можно сказать, что интенсивность их окраски в настоящее время сведена до минимума».

Большое внимание привлекли к себе уродства у обезьян в Японии, причины возникновения которых остаются до конца не выясненными. В результате применения сельскохозяйственных ядохимикатов у них стало появляться все больше аномалий развития (отсутствие верхних и нижних конечностей, их искривление и укорочение, деформация внутренних органов).

Хуже всего обстояло дело с полуприрученным стадом обезьян, обитающих на острове Авадзи: у них за два года при 26 родах появилось в общей сложности 20 уродов. Причиной этого считают яды, применявшиеся для борьбы с сорняками, а также консерванты, которые использовали крестьяне острова на мандариновых плантациях и в яблоневых садах. Хотя эти средства были после того запрещены, их действие все еще сказывается.

И в других местах причиной уродств были признаны химические добавки к пищевым продуктам и консерванты, добавлявшиеся в корм обезьянам. При сравнении двух стад обезьян на другом острове выяснилось, что уродства появлялись в том стаде, которое постоянно подкармливали люди.

Профессор Дзун Уи (Jun Ui) предсказывал тогда, что в скором будущем следует ожидать и возрастания числа уродств у новорожденных детей человека.

Тем временем предсказания профессора Уи, по-видимому, уже начал» оправдываться. Согласно сообщениям печати в Японии, «число мертворожденных детей с врожденными уродствами туловища за последние 20 лет выросло в 12 раз. Как сообщалось в Токио, причиной аномалий у утробных плодов считают рентгеновское облучение и вредные химические вещества в пище, попадающие в нее из загрязненной природной среды. Исследования показали, что покупаемые в Японии продукты содержат свыше 300 различных химических добавок. Особо опасным признано добавляемое в пищу вещество AF-2, которое воздействует на мужские половые клетки».

О профессоре Отто Варбурге – лауреате Нобелевской премии, бывшем директоре Института биохимии имени Макса Планка в Берлине-Далеме (Западный Берлин), рассказывают: его так ошеломил тот факт, что с момента посева зерна до момента выпечки хлеба в пекарне в хлеб попадает до 60 химических добавок, что он стал отныне покупать зерно у хозяина, который никогда не пользовался химическими удобрениями; потом он вместе со своими ассистентами молол это зерно в институте и пек хлеб.

Что касается пищевых добавок, то не всегда существует четкая грань, определяющая криминальность их применения. К концу 1981 года от разразившейся в мае того же года «испанской легочной чумы» погибли около 200 человек и более 15 000 заболели. Причиной возникновения «чумы» послужило растительное масло, продававшееся как пищевое «чистое оливковое», на самом же деле оно состояло на 90% из рапсового масла, к которому умышленно было добавлено 2% анилина, чтобы воспрепятствовать его использованию в пищу. Фальсификаторы масла не смогли полностью удалить анилин, а также олеоанилид – жировое соединение анилина. Последнее практически неуязвимо. Клетки, в которых отложился олеоанилид, отмирают, вновь и вновь высвобождая это ядовитое вещество, чем и объясняется длительное течение болезни.

46. Биологически активные вещества упаковочных материалов

Всеобъемлющая химизация нашей действительности коснулась и упаковки для пищевых продуктов. В качестве добавок к пленкам, используемым для упаковки, применяются следующие вещества: пластификаторы, мягчители, термостабилизаторы, хемостабилизаторы (предохраняющие от действия ультрафиолетовых лучей и кислорода), антистатики.

Самое неприятное состоит в том, что некоторые из упомянутых химикатов переходят в упакованные продукты и тогда уже представляют опасность. Пример тому винилхлорид пленок, о чем уже говорилось в разд. 33.

Молотая гвоздика, которая продавалась в пакетиках из полистирола, содержит эфирное масло; это масло проникало в пластик и действовало как пластификатор. В результате порошок гвоздики утрачивал свои качества из-за потери эфирного масла, а из упаковки в порошок переходили летучие мономеры (например, моностирол).

При покупке сгущенного молока следует обращать внимание на вид упаковки. Если швы и крышка банки со сгущенным молоком зафальцованы, то практически нет опасности перехода свинца в молоко. Узнать такую упаковку можно по выступающему краю крышек. У незафальцованных банок поверхность крышки гладкая; кроме того, на одной из сторон можно видеть запаянное отверстие, через которое заполнялась банка. При таком устройстве банки существует опасность проникновения в молоко свинца в значительных концентрациях.

Фасованное молоко (как и другие консервы) нельзя оставлять в открытых банках (даже в холодильнике). Особенно повышается концентрация свинца при длительном хранении в холодильнике открытых консервов. Уже спустя два дня исходное содержание свинца удваивается, а через 7 дней его становится втрое больше. Тунец в запаянных банках содержит в 10 000 раз больше свинца, чем свежевыловленный.

47. Другие яды в пище

Встречающиеся в природе яды могут попадать в нашу пищу из почвы и из воздуха. Они не относятся к токсикантам окружающей среды в принятом смысле этого термина, хотя и действуют таким же образом; они представляют собой «природные» ядовитые вещества, в появлении которых мы неповинны и которые в большинстве случаев не находятся под нашим контролем. Но это отнюдь не означает, что мы не должны ими заниматься, и чем больше мы будем изучать ядовитые вещества, привносимые в окружающую среду человеком, и их циркуляцию, тем чаще будем сталкиваться и с природными ядовитыми веществами (или получать указания, где их следует искать).

Давно известно, что поборники современной химизации пытаются отвлечь внимание на другие источники ядовитых веществ. Смысл этого таков: привносимые человеком яды не должны волновать нас, ибо наряду с этим они встречаются и в природе. Но в действительности это должно означать следующее: да, этот яд встречается и в природе, но тем более мы должны постараться сделать все возможное, чтобы не увеличивалось его содержание в окружающей нас среде.

Поэтому так заметен и огорчителен умысел в сообщении, появившемся вскоре после обнаружения в естественных пищевых цепях ртути, привнесенной человеком, что, дескать, и выбросы вулканов содержат ртуть и загрязняют тем самым окружающую среду.

Если мы оставим такие неорганические яды природного происхождения (к которым, между прочим, следовало бы причислить и цинк), то среди органических ядовитых веществ, попадающих в нашу пищу, мы должны прежде всего назвать различные пряности (в больших дозах!) или масло горького миндаля. Среди ядов, которые чаще всего образуются в пище при ее консервировании, уже давно известен ботулинический токсин, вырабатываемый бактерией Clostridium botulinum; речь идет о самом опасном из ядовитых веществ.

Лишь в последние годы начали интересоваться в значительной мере и микотоксинами (ядами плесневых грибов), прежде всего афлатоксинами (содержащимися в желтой плесени земляных орехов, американского или бразильского ореха и др.). Афлатоксин B1 считается сильнейшим канцерогенным веществом среди известных нам в настоящее время.

К ряду подобных явлений примыкает и зловещая пищевая цепь с сальмонеллами из птичьего помета. В интенсификации животноводства решающую роль играет обеспечение кормами, и поэтому в последнее время в качестве корма стали использовать такие вещества, которые раньше никогда не применялись. Так, например, при интенсивном животноводстве в корм крупному рогатому скоту добавляется птичий помет, который, как правило, очень богат питательными веществами; в связи с этим некоторые виды птичьих сальмонелл могут вызывать и заболевание людей, потребляющих говядину или телятину (так как сальмонеллы в этой пищевой цепи сохраняют свою жизнеспособность).

48. Пластмассы в отделке квартир

В красках, лаках, пропиточных средствах, клеях, изоляции, стенных и потолочных облицовочных материалах, коврах, мебели и т.д. часто содержатся ядовитые вещества, которые распространяются в жилых помещениях и могут стать причиной заболеваний. Но до сих пор об этом мало что с точностью известно, и потому нужно думать об инкубационном периоде порядка 20...30 лет; только после этого можно ожидать верной оценки действия такого рода веществ на обитателей квартир.

При нашей высокоразвитой технике следует считаться с возможностью самых неожиданных вещей. Так случилось, например, со специалистами по гигиене питания в Женеве, изучавшими пищевые продукты, когда у них в новых лабораторных помещениях вдруг отказали высокочувствительные приборы, с помощью которых эти продукты исследовались на содержание в них вредных веществ: приборы стали регулярно показывать завышенные данные. Оказалось, что причиной этого были синтетические краски, покрытия потолков, осветительные приборы и т.п., которые сейчас всюду используются в современных зданиях и содержат вредные вещества, выделяемые синтетическими материалами и оседающие на другие предметы в этих помещениях. Хотя эти вредные вещества внесены в список запрещенных постановлением о продовольственных продуктах Швейцарского федерального правительства, этот запрет не распространяется на их использование в строительных материалах. Несмотря на то что в течение целого года проводился эксперимент по удалению из соответствующих лабораторных помещений вредных веществ, выделяемых синтетическими материалами, он не дал положительных результатов. Это означает, что помещения стали непригодны для проведения анализа пищевых продуктов.

Синтетические вещества могут стать особенно опасными при их обугливании. В этом случае образуются синильная кислота и окись углерода (угарный газ), от которых может быстро наступить смерть. Даже при сжигании пленки для упаковки сосисок могут выделяться смертельно опасные газы.

В последнее время появляется все больше сообщений о токсичности самых различных растворителей, которые хотя и не стоят открытыми в жилых помещениях, однако часто применяются при разного рода работах (например, малярами или реставраторами). В публикациях 1984 г. встречаются даже утверждения или предположения, что растворители наряду с сернистым газом представляют собой второй по значимости компонент загрязнения воздуха. Токсичность растворителей несомненна, но такое неожиданное и до сих пор неслыханное сравнение не может не вызвать известного скепсиса. В нем можно видеть своего рода маневр для отвлечения внимания общественности от сернистого газа, поскольку проблема сернистого газа не может быть решена без крупных капиталовложений.

Из-за высокой токсичности растворителей закон ФРГ предписывает изготовителям лаков, красок, клеящих веществ и т.п. в обязательном порядке информировать потребителей об опасных для человека растворителях соответствующими надписями на упаковке. Но обязательно это лишь в том случае, если доля растворителя составляет не менее 25%. Поэтому изготовители обходят это предписание, смешивая, например, три различных растворителя, так что доля каждого из них оказывается меньше 25%. В таком случае обязанность предупреждать об опасности отпадает, даже если доля трех токсичных растворителей, взятых вместе, существенно превосходит допустимую границу. Таким образом, непосвященный потребитель приходит к ложному заключению о том, что данный продукт не содержит опасных количеств токсичного растворителя.

49. «Электрическое загрязнение» окружающей среды

Синтетические материалы для оборудования квартир могут оказывать вредное воздействие на здоровье человека и помимо выделения ядовитых газов (как об этом говорилось в гл. 48), а именно через электризацию. Мебель, напольные покрытия (ковры, паласы), занавески, пенопласт могут оказывать электростатическое действие, если они изготовлены из синтетических материалов. Синтетические вещества иногда очень сильно заряжаются статическим электричеством. И хотя спустя некоторое время этот заряд ослабевает, вскоре он вновь начинает увеличиваться. Эти явления электрической зарядки и разрядки наряду с искажением электрических полей воздуха обусловливают большую нагрузку на нервную систему человека.

Лотье (Lautie) считает «электрическую нагрузку» по меньшей мере столь же опасной, как и отравление продуктов питания. Она поражает нейроны человеческого организма, лишает его гармонии, оказывает раздражающее воздействие, вносит беспокойство и в конце концов истощает нервную систему.

Наряду со статическим электрозарядом, неестественной ионизацией и искажением полей почти в каждом доме добавляются еще переменные электромагнитные поля, создаваемые электропроводкой и электроприборами.

По мнению Пресмана (Presman), чувствительность к неадекватным электромагнитным полям (невысокой интенсивности) особо проявляется на различных стадиях онтогенетической дифференцировки организма: в эмбриональном периоде и во время роста организма (до достижения половой зрелости). Даже слабые воздействия в эти периоды приводят к серьезным нарушениям – к хромосомным аберрациям, к торможению эмбриональной дифференцировки клеток, к нарушениям роста.

Приведенные примеры не касаются воздействия телевидения, но очевидно одно: мы еще очень мало знаем о масштабах вреда от телевидения из-за рентгеновских лучей, идущих от телевизора (не говоря уже о вреде для глаз и психики).

Моя родственница Маргит оказалась сверхчувствительной к электрополям и токам. Она страдала бессонницей, потому что примерно в 60...80 метрах от ее дома в Ульме проходила высоковольтная линия (60 кВ). Эта нагрузка была для нее столь катастрофична, что муж был вынужден увозить ее ночью в горы, чтобы она могла заснуть. Администрация энергосети отрицала возможность такого воздействия. Тогда была достигнута договоренность о том, что в порядке эксперимента линия время от времени будет отключаться. В течение 2 – 4 минут Маргит замечала, включена или отключена линия, и тотчас же звонила на электростанцию. Понятно, что ток отключали и включали, не ставя в известность никого из членов ее семьи. Из этого ясно видно, что есть люди, обладающие сверхчувствительностью к близко расположенным линиям вы-ского напряжения. Возможно, что это очень редкий случай, один на сто тысяч человек, но тем более важно зарегистрировать и такой случай. Второй, третий или четвертый из этих ста тысяч может оказаться особо чувствительным к хлорированной питьевой воде, к очень слабой вибрации или к рентгеновским лучам: такие эффекты еще слишком мало изучены, поэтому нельзя ни отмахиваться от них, как от суеверия, ни рассматривать их как сверхъестественное чудо.

Очень важно в этой связи то, что моя родственница вовсе не искала повода непременно покинуть дом – совсем напротив, она была готова жить там постоянно и очень радовалась своему дому, но электрические помехи так воздействовали на нее, что ее дальнейшее проживание там стало невозможным.

При исследовании подобных случаев нужно, по-видимому, учитывать и такой вопрос: насколько значительны различия между применявшимися ранее керамическими изоляторами высоковольтных линий и широко используемыми в настоящее время стеклянными изоляторами?

Весь комплекс «электричество как загрязнитель окружающей среды» не относится как таковой к теме моей книги о ядах в пищевых цепях. Но я упомянул здесь о нем, поскольку электричество обычно упускают из виду при рассмотрении факторов, нарушающих условия среды. Тому, кто интересуется этим вопросом в деталях, я рекомендую обширную работу, опубликованную в 1982 г. (Brinkmann, Schäfer).

50. Радиоактивные изотопы

Лучевые повреждения – самостоятельная область, настолько широкая, что заслуживает отдельной книги. Строго говоря, она не относится к теме «токсиканты окружающей среды» в узком смысле, но поскольку источники радиоактивности тоже являются компонентами пищевых цепей (атмосфера – ветер – дождь – почва – растение – животное – человек), я хотел бы вкратце коснуться и этого вопроса и, сославшись на Рюдта (Rüdt), упомянуть о том, что измеряемая радиоактивность неуклонно снижается с тех пор, как в 1963 г. было подписано соглашение о прекращении наземных атомных испытаний. «Подземные испытания ядерного оружия, проводимые и сегодня США и СССР, судя по всем известным результатам измерений, не, приводят к увеличению радиоактивности продуктов питания» (Rüdt, S. 45).

Повышение содержания радиоактивных изотопов 90Sr и 137Cs в молоке (Нью-Йорк) после испытаний атомного оружия

Рис. 38. Повышение содержания радиоактивных изотопов 90Sr и 137Cs в молоке (Нью-Йорк) после испытаний атомного оружия (Hodges, 1977)

Важнейшими по степени опасности для человека являются следующие изотопы: I131 – для щитовидной железы; Sr89, Sr90 – для костей; Cs – для мышц.

Радиоактивный цезий был обнаружен в организме лапландцев и эскимосов в количестве, в 10...100 раз превышающем его содержание у обитателей умеренных широт. Дело в том, что цезий после выпадения из атмосферы концентрируется в лишайниках; северные олени (и, в частности, карибу) питаются главным образом лишайниками, а эскимосы и лопари употребляют мясо этих животных в пищу.

В то время как плутоний III и плутоний IV лишь в незначительных количествах проходит через стенки кишечника, плутоний VI проникает в организм намного легче. В хлорированной воде плутоний III и плутоний IV превращаются в плутоний VI. Этот факт означает, что допустимые пределы содержания плутония в питьевой воде должны быть существенно снижены по сравнению с современными нормами.

Повышение содержания радиоактивного стронция (Sr90) и цезия (Cs137) в молоке отмечено в Нью-Йорке в связи с испытанием атомных бомб. На приведенном графике отчетливо видно снижение их содержания в молоке после заключения соглашения между США и СССР о запрещении наземных испытаний ядерного оружия (последние ядерные взрывы были в 1962 г.), а затем снова повышение в связи с ядерными испытаниями в КНР и во Франции – странах, отвергнувших ядерный мораторий (Hodges, 1977, р. 333, Fig. 15...2).

Когда в 1975 г. в результате неисправности трубопроводов на заводе по регенерации ядерного топлива «Уинд скейл» в Англии в море попало большое количество цезия-137, содержание радиоактивного цезия в промысловых рыбах поднялось до 40,6 нанокюри на 1 кг. Годовая радиоактивная нагрузка в пище человека не должна превышать 700 нанокюри.

Воды, сбрасываемые атомной электростанцией в Хэнфорде (США), считались вначале совершенно безопасными. Однако позже выяснилось, что в соседних водоемах в 2000 раз повысилась радиоактивность планктона, а радиоактивность уток, питавшихся планктоном, возросла в 40 000 раз; рыбы же стали в 150 000 раз радиоактивнее вод, сбрасываемых станцией. Ласточки, ловившие насекомых, личинки которых развивались в воде, обнаруживали радиоактивность в 500 000 раз более высокую, чем у вод самой станции. В желтке яиц водоплавающих птиц радиоактивность повысилась в миллион раз.

Н. Смирнов охарактеризовал значение радиоактивных веществ в плане проблематики нашей книги следующим образом: «Если радионуклиды накапливаются в растениях, это приводит к нарушениям метаболизма у животных, питающихся этими растениями, к возникновению злокачественных опухолей и к появлению уродств в результате нарушения эмбрионального развития» (Smirnov, 1981).

 

Главы 51...60

Оглавление


Дата публикации:

17 марта 2008 года

Электронная версия:

© НиТ. Раритетные издания, 1998