Перейти в начало сайта Перейти в начало сайта
Электронная библиотека «Наука и техника»
n-t.ru: Наука и техника
Начало сайта / Нобелевские лауреаты / Премия по физиологии и медицине
Начало сайта / Нобелевские лауреаты / Премия по физиологии и медицине

Научные статьи

Физика звёзд

Физика микромира

Журналы

Природа

Наука и жизнь

Природа и люди

Техника – молодёжи

Нобелевские лауреаты

Премия по физике

Премия по химии

Премия по литературе

Премия по медицине

Премия по экономике

Премия мира

Книги

Вода знакомая и загадочная

Законы Паркинсона

Генри Форд. Моя жизнь, мои достижения

Плеяда великих медиков

Приключения великих уравнений

Яды – вчера и сегодня

Издания НиТ

Батарейки и аккумуляторы

Охранные системы

Источники энергии

Свет и тепло

Научно-популярные статьи

Наука сегодня

Научные гипотезы

Теория относительности

История науки

Научные развлечения

Техника сегодня

История техники

Измерения в технике

Источники энергии

Наука и религия

Мир, в котором мы живём

Лит. творчество ученых

Человек и общество

Образование

Разное

ЭДЕЛЬМАН (Edelman), Джералд М.

род. 1 июля 1929 г.

Нобелевская премия по физиологии и медицине, 1972 г.
совместно с Родни Р. Портером

 

Американский биохимик Джералд Морис Эдельман родился в Нью-Йорке, в семье врача Эдварда Эдельмана и Анны Эдельман (Фридман). По окончании государственной школы в Нью-Йорке он поступил в Урсинус-колледж в Пенсильвании и в 1950 г. получил степень бакалавра наук по химии. Затем Э. поступил в медицинскую школу Пенсильванского университета и в 1954 г. получил медицинский диплом. Далее в течение года он работал врачом в Центральном массачусетском госпитале. С 1955 г., поступив на службу в вооруженные силы Соединенных Штатов, он работал врачом общей практики в гарнизонном госпитале в Париже.

В 1957 г. Э. демобилизовался и решил оставить карьеру врача ради исследовательской работы в области биохимии. Он начал работать над диссертацией в Рокфеллеровском университете под руководством Генри Кункеля, биохимика, изучавшего структуру антител. Антитела, открытые Эмилем фон Берингом в 1890 г., – это белки сыворотки крови, относящиеся к группе иммуноглобулинов (Ig). Молекулы Ig могут взаимодействовать с бактериями, вирусами и токсинами и инактивировать их; поэтому они играют важнейшую роль в гуморальном иммунитете организма. Антитела характеризуются необычным сочетанием биохимических свойств. Карл Ландштейнер установил, что в организме могут вырабатываться миллионы различных антител, каждое из которых взаимодействует со строго определенным веществом, или антителом. Однако химическая структура антител настолько сходна, что практически невозможно выделить из крови отдельные антитела. Кункель и его сотрудники хотели установить, почему молекулы Ig одновременно столь сходны по структуре и имеют функциональные различия.

Исследования структуры антител были затруднены тем, что не существовало методов их очистки и их молекулы были очень крупными по сравнению с другими белками. Химические методы, существовавшие в конце 50-х гг., не позволяли изучать столь крупные молекулы. Э. считал, что структуру и функцию антител можно было изучить, расщепив молекулы Ig на более мелкие фрагменты, рассчитывая при этом, что эти фрагменты сохранят способность взаимодействовать с антигенами. В докторской диссертации он рассмотрел различные способы расщепления молекул Ig. В 1960 г. Э. получил докторскую степень и остался работать в Рокфеллеровском университете научным сотрудником и преподавателем.

Предшественники Э., в т.ч. Родни Р. Портер, впервые расщепивший антитела на функциональные субъединицы, пришли к заключению, что молекулы IgG, на долю которых приходится большая часть молекул Ig крови, образованы одиночной цепью из 1300 аминокислот. Э. считал это маловероятным, т. к. даже инсулин, в состав которого входит лишь 51 аминокислота, состоит из двух цепей.

Поскольку химические связи, соединяющие между собой аминокислотные цепи, гораздо слабее, чем те, с помощью которых соединены аминокислоты в самих цепях, эти связи можно сравнительно легко разрушать. В 1961 г. Э. и его коллега М. Пулик сообщили, что они разделили молекулы IgG на два компонента, которые в настоящее время называются легкой и тяжелой цепями. Повторив эксперименты Э. в других условиях, Портер объединил результаты с данными собственных исследований функциональных субъединиц IgG и в 1962 г. объявил о расшифровке основной структуры молекулы IgG. И хотя модель Портера носила достаточно общий характер, она сыграла важнейшую роль в качестве своего рода эталона для специальных биохимических исследований.

Когда в 60-х г. начались интенсивные работы по изучению антител, Портер и Э. организовали работу по обмену информацией между исследователями путем неофициальных рабочих «совещаний по антителам». Сами они изучали белки миеломы – злокачественного заболевания кроветворных органов, характеризующегося разрастанием плазматических клеток, вырабатывающих Ig. Одна из главных сложностей в изучении антител заключалась в том, что в естественных препаратах Ig обычно содержится смесь большого количества незначительно отличающихся друг от друга молекул. В 1950 г. Кункель установил, что, поскольку все миеломные клетки у данного больного обычно происходят от одной клетки-предшественницы, эти клетки служат естественными производителями гомогенных антител. (Именно эта способность вырабатывать гомогенные антитела в дополнение к тем антителам, которые обычно встречаются в раковых опухолях, легла в основу технологии производства моноклональных антител, разработанной в 1975 г. Георгом Келером и Сезаром Мильштейном.)

В начале 60-х гг. Э., Портер и их коллеги изучали последовательность аминокислот в цепях различных миеломных парапротеинов. В 1965 г. Э. и его сотрудники предприняли, по его словам, «совершенно безумную затею – изучать всю молекулу целиком; это была ужасно большая работа». Стремясь выяснить, каким образом отдельные части антитела соединены друг с другом, они установили полную аминокислотную последовательность молекулы IgG миеломы. В 1969 г. эта работа была закончена, ученые выяснили последовательность всех 1300 аминокислот, образующих белковую цепь. В то время это была самая большая расшифрованная аминокислотная последовательность.

Модель Ig Портера была особенно ценна тем, что активный участок антитела (т.е. та его часть, которая связывается с антигеном) образован как тяжелой, так и легкой цепями. Это открытие привело к принципиальному пересмотру главной причины разнообразия антител, а именно вопроса о том, как образуются различные антитела. Интерес к этому вопросу в 50-х гг. неуклонно возрастал, по мере того как изучались связи между генами и белками. В человеческом организме могут вырабатываться по меньшей мере 10 млн различных белков IgG, обладающих 10 млн активных участков. Если бы антитела, как и другие белки, вырабатывались в соответствии с теорией Джорджа У. Бидла и Эдуарда Л. Тейтема «один ген, один белок», то в организме должно было бы существовать 10 млн. генов IgG и для других целей ДНК просто бы не хватило. Решая эту задачу, Макфарлейн Бёрнет в конце 50-х гг. предположил, что антитела образуются из генов, подвергающихся мутации в Ig-продуцирующихся клетках. Однако если в соответствии с моделью Портера активные участки Ig образуются из элементов двух различных аминокислотных цепей, то в существовании 10 млн. генов для кодирования всех антител уже нет необходимости. Это количество антител может формироваться путем всевозможных комбинаций из 3 тыс. тяжелых и 3 тыс. легких цепей, кодируемых соответствующими генами. В 60...70-х гг.

шла бурная дискуссия между учеными, поддерживавшими концепцию существования отдельных генов для каждой тяжелой и легкой цепи, и исследователями, полагавшими, что имеются лишь несколько генов для тяжелых и легких цепей, которые мутируют и образуют разные белки.

Э. не был согласен ни с одной из этих теорий, и в 1967 г. он со своим сотрудником Джозефом Гелли предложил новое решение. К этому времени уже было известно, что каждая цепь – тяжелая или легкая – образуется под действием двух генов, смещающихся и рекомбинирующихся в процессе развития антителопродуцирующих клеток. Э. и Гелли предположили, что все разнообразие антител обусловлено небольшими ошибками, возникающими в процессе рекомбинации. Однако, хотя эта концепция была по существу верна, она слишком сильно опережала свое время, чтобы стать общепризнанной, что произошло в конце 70-х гг., когда методы генной инженерии позволили непосредственно изучать гены, кодирующие антитела.

В 1972 г. Э. и Портеру была присуждена Нобелевская премия по физиологии и медицине «за открытия, касающиеся химической структуры антител». В Нобелевской лекции Э. указал, что иммунология это особо плодотворная сфера деятельности для ученого, т. к. «она заставляет генерировать необычные идеи, многие из которых не так легко могут возникнуть в других областях науки». Он предсказал, что «по этой причине иммунология окажет сильное влияние на другие биологические и медицинские дисциплины».

После получения Нобелевской премии Э. приступил к исследованию других веществ, способных, подобно антителам, активировать клетки иммунной системы. Кроме того, он в 1978 г. предложил принципиально новую теорию функционирования головного мозга, на которую его натолкнули исследования в области иммунологии. Дело в том, что при иммунном ответе организма внедрившийся в него вирус или бактерия не «учат» иммунную систему тому, как синтезировать соответствующее антитело, а скорее вызывают селекцию среди уже имеющихся вариантов эффективных антител; в дальнейшем в организме формируется клон таких антител. По аналогии Э. предположил, что сенсорный раздражитель не индуцирует реакцию заранее определенных клеток мозга, а приводит к отбору среди «конкурирующих» клеточных групп и взаимосвязей. Подобные представления об отборе соответствуют дарвиновской теории эволюции. Важнейшим требованием для возможности такого отбора служит разнообразие, которое Э. противопоставил относительно жестким биологическим структурам, способным осуществлять лишь одни и те же реакции на изменяющиеся условия окружающей среды. Источником разнообразия в мозге Э. считал процесс эмбрионального развития.

В соответствии с его точкой зрения, гены определяют формирование эмбриональных тканей, но не во всех подробностях. Отдельные клетки не предназначены заранее для формирования конкретных органов. Вместо этого определенные гены отвечают за образование различных видов межклеточного цементирующего вещества (несколько разновидностей такого вещества были обнаружены Э. и его коллегами в конце 70-х гг.), и клетки, у которых это вещество одинаково, образуют группы. Эти группы посылают сигналы, включающие или выключающие «цементопродуцирующие гены», и тем самым в известной степени регулируют свое дальнейшее развитие. Различные клеточные группы (обладающие различными типами «цемента») образуют между собой границу, и, как показали Э. и его коллеги, в группах, расположенных по разные стороны таких границ, развиваются различные клетки. Этот процесс был продемонстрирован в лаборатории Э., в опытах по изучению формирования отдельных перьев у цыпленка. Поскольку развитие клетки зависит от ее расположения, истории развития, окружения и, возможно, других факторов, два эмбриона не могут быть одинаковыми, даже если речь идет о близнецах с идентичным набором генов.

Впоследствии Э. установил, каким образом исходно гибкая структура и организация клеток головного мозга может после прекращения эмбрионального развития и рождения ребенка действовать в качестве системы, обучающейся путем селекции. Его теория основана на трех главных положениях: у эмбриона в головном мозге вырабатывается крайне изменчивая индивидуальная система связей между клетками; после рождения эта система закрепляется и у каждого человека оказывается различной, однако раздражитель может вызвать реакцию, в которой участвуют определенные комбинации связей; наконец, группы клеток объединены в листы (наподобие дорожных карт), взаимодействующие друг с другом при выполнении различных высших функций головного мозга. Его теория во многом объясняет колоссальную гибкость мозга, проявляющуюся в способности функционировать в необычных ситуациях и событиях, а также неудачи многих исследователей, пытавшихся найти специфический структурный субстрат таких функций головного мозга, как память.

С 1963 г. Э. занимал должность заместителя декана по аспирантуре в Рокфеллеровском университете, а в 1966 г. стал полным профессором этого университета. С 1974 г. он работает в должности почетного профессора в Рокфеллеровском университете. Он является членом совета руководителей Вейцмановского института и попечителем Солковского института биологических исследований.

В 1950 г. Э. женился на Максине Моррисон; в семье у них одна дочь и двое сыновей.

Кроме Нобелевской премии, Э. был удостоен премии Спенсера Морриса Пенсильванского университета (1954), премии Эли Лилли Американского химического общества (1965), мемориальной премии Альберта Эйнштейна университета Йешивы (1974) и мемориальной премии Бухмана Калифорнийского технологического института (1975). Он является членом Нью-Йоркской академии наук, Американской академии наук и искусств, Национальной академии наук США, Американского общества клеточной биологии и Американского общества генетиков. Он обладает почетными званиями Пенсильванского университета, университета Сиены, Урсинус-колледжа, Уильямс-колледжа и колледжа Густава Адольфа.

 

Ранее опубликовано:

Лауреаты Нобелевской премии: Энциклопедия: Пер. с англ.– М.: Прогресс, 1992.
© The H.W. Wilson Company, 1987.
© Перевод на русский язык с дополнениями, издательство «Прогресс», 1992.

Дата публикации:

4 мая 2001 года

Электронная версия:

© НиТ. Лауреаты Нобелевской премии, 1998

В начало сайта | Книги | Статьи | Журналы | Нобелевские лауреаты | Издания НиТ | Подписка
Карта сайта | Cовместные проекты | Журнал «Сумбур» | Игумен Валериан | Техническая библиотека
© МОО «Наука и техника», 1997...2017
Об организацииАудиторияСвязаться с намиРазместить рекламуПравовая информация
Яндекс цитирования
Яндекс.Метрика