Перейти в начало сайта Перейти в начало сайта
Электронная библиотека «Наука и техника»
n-t.ru: Наука и техника
Начало сайта / Научные журналы / Наука и жизнь
Начало сайта / Научные журналы / Наука и жизнь

Научные статьи

Физика звёзд

Физика микромира

Журналы

Природа

Наука и жизнь

Природа и люди

Техника – молодёжи

Нобелевские лауреаты

Премия по физике

Премия по химии

Премия по литературе

Премия по медицине

Премия по экономике

Премия мира

Книги

Безумные идеи

Как люди научились летать

Генри Форд. Моя жизнь, мои достижения

Пионеры атомного века

Сын человеческий

Часы. От гномона до атомных часов

Издания НиТ

Батарейки и аккумуляторы

Охранные системы

Источники энергии

Свет и тепло

Научно-популярные статьи

Наука сегодня

Научные гипотезы

Теория относительности

История науки

Научные развлечения

Техника сегодня

История техники

Измерения в технике

Источники энергии

Наука и религия

Мир, в котором мы живём

Лит. творчество ученых

Человек и общество

Образование

Разное

Тополь

Тополь

Г. Проскурякова, кандидат биологических наук

Нашу неспешную северную весну порой хочется подтолкнуть: день за днем сыплется серый дождик, сквозь мокрые стекла все глядит уныло. То ли она уже наступила, эта весна, то ли еще где-то в пути? Но однажды, выглянув поутру, уже не сомневаешься. Все будто бы и так же, но... что-то неуловимо изменилось. Тополя! Их светлые стволы и сучья стали ярче, кроны как-то потяжелели и уплотнились, и поначалу едва заметная красноватая дымка, через день уже отчетливая и яркая, затягивает деревья. Развесистые кроны старых деревьев наливаются густым багрянцем и тяжко обвисают. Тут уж нет сомнений: цветущий тополь – визитная карточка городской весны.

Под деревьями асфальт засыпан облетевшими чешуйками. Клейкие, блестящие, рыже-золотистые, они лепятся к каблукам прохожих, но не вызывают досады – весне все простишь. Они плотно одевали цветочную почку, осень и зиму защищая ее от непогоды и мороза; весною стали ненужными, раскрылись и облетели. Вскоре и сами тополевые сережки сыплются на асфальт – их жизнь коротка и зависит от погоды: в теплую и солнечную – всего несколько дней.

Красные сережки, похожие на толстых личинок, устилают асфальт – и по ним пройдутся каблуки прохожих! И редко кто наклонится подобрать эти первые весенние цветы, чтобы подержать на ладони, ощутить их живую прохладу и легкую тяжесть, подивиться филигранности конструкции или бархатистому переливу цвета. Такой красный «червячок» – целое соцветие: длинный стержень, спрятанный в центре, усажен множеством мужских цветков – пурпурными пыльниками на беловатых тычиночных нитях. Созревая, сережка вытягивается. Из упругой и толстой она превращается в обмякшую и тонкую; в это время лопаются пыльники, рассыпая бледную пыльцу.

Тополь. Красные сережки

Можно увидеть пчел, прилетевших на цветы тополя; они, однако, мало приспособлены к таким визитам – пыльца сухая, не прилипает к телу насекомого, да и не пахнут цветы, так как не имеют нектара. Тополь – растение, опыляемое ветром, и это он, ветер, подхватив живое облачко пыльцы, обсыпает им ветви неподалеку растущих тополей. Многие из них будто подернуты зеленой кисеей. Это женские экземпляры с зелеными пестичными цветками, и потому они зеленеют еще до распускания листьев. Вскоре женский цветок превращается в коробочку, туго набитую очень мелкими семенами, одетыми пухом. До поры до времени она тихо зреет, набирая объем и вес. И сережки вытягиваются под тяжестью коробочек и совсем пропадают для глаза в праздничной зелени молодой листвы.

Листья распускаются мгновенно: идешь на работу – дерево чуть зеленеет, возвращаешься – оно одето листьями. Малыми, недоросшими, но полностью развернутыми, и вся крона на солнце блестит и мерцает. Это дрожат и трепещут только что развернувшиеся листья – лаково переливающиеся, гладкие, нежные, насквозь просвеченные солнцем.

По весенним скоростям тополь стоит на одном из первых мест среди наших деревьев. Это неудивительно – ведь листья и даже соцветия сформированы у него загодя, и достаточно небольшого тепла, чтобы пустить этот механизм пробуждения. Недаром ведь ребятишки во время весенней обрезки подбирают именно тополевые ветки. В воде на окошке они тотчас пускаются в рост, и через 2...3 дня уже покажутся остренькие, как шило, зеленые кончики плотно скрученных в почке листьев. И рыжая смолка, склеивавшая почку, пачкая стекло и пальцы, даст о себе знать ароматом – едва ли не самым прекрасным запахом нашей весны. И улицы, и бульвары – весь город, запестревший первой бойкой зеленью тополей, насыщен этим смолистым духом. И даже летом после каждого дождя тополь напомнит о себе дивным запахом – живой памятью весны.

Тополь. Тополиный пух

Позже, перед самым летом, созревают коробочки тополя. Они лопаются; семена, щедро одетые нежнейшим белым пухом, снежной метелью несутся по улицам. Дерево – как распоротая перина; ветер уносит пух, а на его месте новый, все больше и больше. Зимой не увидишь тополя под таким снежным бременем, как в период созревания семян. Уже не белый, а серый от пыли тополевый пух затягивает все решетки, сетки, скапливается во дворах и скверах, в канавах, у воды и проникает всюду – в книжные шкафы, под диваны, забивает решетки лифтов на лестничных клетках...

И сколько недобрых слов услышишь в эти дни в адрес тополя. Они во многом справедливы: дело не только в неряшливом облике города и липших хлопотах хозяек, но тополевый пух у многих вызывает аллергические расстройства. А так как недуг этот с каждым годом захватывает все больший круг жертв, можно предположить, что тополь в городе станет деревом враждебным.

Латинское название тополя – «популюс» – находим впервые у Горация. Оно от слова «народ», то есть народное дерево, популярное – так латиняне называли тополь, который необыкновенно широко использовали в озеленении городов. Тополями обсаживали площади, перекрестки – они быстро давали столь необходимую на юге тень, тем более ценимую, что все народные собрания там проходили под открытым небом. В наших и северных, и южных городах тополь тоже на первом месте. Исключительную устойчивость этой традиции легко объяснить: тополь – одно из самых дешевых растений в ассортименте озеленителей – неприхотлив, легко черенкуется, растет быстрее всех!

Насколько раздражал тополиный пух тех, кто жил во времена Горация, мы не знаем, но в наше время этому уделяют немало внимания, пытаясь научиться определять пол растения на стадии сеянца, до его цветения. Тогда проблему было бы легко решить, выбраковывая женские экземпляры. Но воз и ныне там, несмотря на все усилия. Дело осложняется еще и тем, что тополя могут менять пол в зависимости от разных обстоятельств; так, на обломанной ветке мужского экземпляра вдруг появляются женские сережки.

И уж коли взялись мы считать грехи тополя, нельзя обойти еще один. Нет другого в наших городах дерева, которое бы больше поражалось насекомыми. Последние годы тополя в Москве с середины лета ужасают безобразием: на одних мотаются с неживым шелестом обесцвеченные жухлые листья, мраморные от густо прошивших их минных ходов (в них запрятаны личинки насекомых), другие деревья и вовсе голы – не знаешь, что предпочесть. Среди множества насекомых, облюбовавших для жизни тополь, первенство держит тополевая моль. В период ее роения не спасают от насекомых ни захлопнутые форточки, ни москитные сетки, появившиеся на наших окнах – она всепроникающая. Правда, попав в дом, тополевая моль не зарится на наши шубы и свитера, но кому же понравится вылавливать этих суетливых насекомых из тарелки с супом или магнитофона?

Это все про тополь в городе. А в природе?

Более всего тополей в Восточной Азии и в Приатлантической Америке. В нашей стране их около двух десятков видов (один из которых – всем известная осина). Все тополя – деревья, все очень быстро растут. Растения влаголюбивые, они, так или иначе, связаны с водой и растут близ нее – в приречных лесах, на галечных и песчаных отмелях, по речным террасам, по берегам стариц и озер, образуя часто густые заросли вдоль потоков. Многие тополя – горные растения.

Род тополей довольно древний: отпечатки его листьев находят еще в верхнемеловых отложениях. В те поры он был распространен значительно шире – известны находки на Новосибирских островах.

Жителям средней России более известны черный и серебристый тополя. Черный тополь, или осокорь, дико растет в средних и южных районах России, в Сибири, Средней Азии и на Кавказе. Это стройное крупное дерево к старости сильно раздается вширь – огромная плотная крона накрывает мощный, будто осевший, с уродливыми наростами ствол. Листья осокоря имеют форму ромба с оттянутым кончиком. В Москве они не успевают к осени пожелтеть и обычно зелеными осыпаются на снег.

Туранга - среднеазиатский тополь. Разнообразие формы листа

Серебристый, или белый, тополь – крупное, торжественное дерево – узнаешь всегда: его листья снизу покрыты сплошным ярко-белым войлочком, и стоит ветру лишь тронуть дерево, крона его зарябит, замелькает белым и зеленым.

Особую группу среднеазиатских тополей называют турангой – это растения пустынной зоны. Туранга – основное, да, пожалуй, и единственное, дерево в тугаях – густых (местами до непроходимости) зарослях по берегам рек. Солнце и вода здесь в избытке, и поэтому кустарники и травы бушуют, достигая необыкновенного роста и пышности. У туранги плотные сизые листья, густо покрытые воском, и потому легко даже издали узнать это седое дерево. Любопытно чрезвычайное разнообразие формы листа: пока не увидишь сам в природе – не поверишь, что ветви с круглыми, овальными, ланцетными листьями срезаны с одного и того же дерева.

Притягивают взор и великолепные пирамидальные тополя, украшающие южные поселки и города. Это культурная форма, выведенная на основе нескольких отечественных и зарубежных видов.

В некоторых районах тополь – единственный источник древесины. Кое-где в горной Средней Азии и до сего дня сохраняется обычай сажать сорок тополей, когда в семье родится мальчик – ко дню его свадьбы будет из чего построить дом. У тополей легкая и мягкая древесина разнообразного использования. Она хороша для производства целлюлозы, что выдвинуло тополь на особое место среди других деревьев: гораздо выгоднее закладывать плантации быстрорастущих тополей для производства бумаги, чем рубить для этого столетние ели. Сейчас повсюду – у нас и за рубежом – эта проблема экспериментально разрабатывается.

Почки тополя использует медицина, эфирное масло из них – парфюмерия, а из душистой клейкой смолки пчелы делают прополис.

 

Ранее опубликовано:

Наука и жизнь. 1988. №4.

Дата публикации:

12 августа 2003 года

Электронная версия:

© НиТ. Научные журналы, 2002

В начало сайта | Книги | Статьи | Журналы | Нобелевские лауреаты | Издания НиТ | Подписка
Карта сайта | Cовместные проекты | Журнал «Сумбур» | Игумен Валериан | Техническая библиотека
© МОО «Наука и техника», 1997...2017
Об организацииАудиторияСвязаться с намиРазместить рекламуПравовая информация
Яндекс цитирования
Яндекс.Метрика